Тайны Красноярского двора
Для начала небольшое лирическое отступление. Впереди Красноярский край ждет жестокая драка, происходящая у нас каждые три-четыре года. Имя ее известно, а "подвиги", во имя нее совершаемые многими популярными людьми, бессмертны. Впереди Красноярский край ждут вначале выборы в Законодательное собрание края (декабрь 2001-го года), а спустя год выборы губернатора.
Ясен перец, под это нужны деньги. По независимым оценкам, чтобы в России получить губернаторство - точнее, хотя бы попробовать его получить - необходимо добыть на предвыборную кампанию примерно от 3-х до 5-ти миллионов (не нужно объяснять, чего?).
Теперь, следуя логике вещей, перед каждым политиком, который хочет порулить каким-либо регионом на демократических принципах (будь он хоть лысый, хоть кудрявый, хоть с лицом херувима, хоть с рожей уголовника), встает вопрос: где взять суммы на воцарение? Крупных бизнесменов этот вопрос особенно не волнует, а вот что делать простым руководителям - партий, движений, регионов? Связываться с олигархами - себе дороже, копить собственную зарплату - хозяином с большой буквы на эти деньги станет только твой прапраправнук в конце третьего тысячелетия (и то еще не факт!). Казалось бы, положение безвыходное? Но любой живущий в России знает - деньги на свою предвыборную кампанию можно найти без особых проблем. Голь на выдумку не только хитра, но и действенна. А теперь - конец лирике. Займемся делом.
Небольшой по времени, но весомый по основанию и показательный по содержанию скандал произошел в середине апреля 1999 года между исполнительной и законодательной ветвями власти Красноярского края. Здесь, на проходящей в Красноярске шестой сессии Законодательного собрания края значился отчет губернатора перед местными депутатами о проделанной работе. Сам Александр Лебедь на встречу не явился, слишком поздно прилетел из Москвы с очередного заседания Совета Федерации, устал просто безбожно, поэтому рассказывать о работе краевой администрации пришлось его заместителям. И вот совершенно неожиданно на сессии ЗС возник конфликт при обсуждении деятельности так называемого Фонда губернаторских программ, созданного по инициативе краевых властей в июле прошлого года и предназначенного для привлечения и распределения поступающих в край инвестиций.
Эта организация, основу которой составляет частный капитал, уже прославилась в крае несколько раз. Впервые о Фонде стало известно после нашумевшего скандала 1998 года, связанного с отказом Лебедя принимать отработанное ядерное топливо с украинских и российских АЭС на перерабатывающий комплекс РТ-2 под Красноярском вопреки установленным межправительственным договоренностям. Тогда губернатор захотел, чтобы уже не край, а Фонд получал деньги за хранение топлива, выделяемые Украиной. Скандал тогда удалось замять. Фонд ничего не получил. Ситуация стабилизировалась.
Второй скандал разгорелся в связи с арестом в начале 1999-го иркутскими правоохранительными органами заместителя директора Фонда губернаторских программ Анатолия Помигалова, разыскиваемого иркутянами за финансовые аферы в особо крупных размерах. Сам Помигалов, устроившись работать в красноярский Фонд (а кандидатуры туда одобрял лично Александр Иванович Лебедь), уже около полугода находился в федеральном розыске, а его арест автоматически превратился в очередной аргумент оппозиции в крае, обвиняющей генерал-губернатора как в необдуманной кадровой чехарде, так и в слишком доверчивом отношении к собственным подчиненным. Кстати, сам Лебедь до сих пор уверен, что Помигалова оклеветали, и он не виновен. Так, на вопрос какого-то чересчур язвительного журналиста "возьмете ли вы Помигалова обратно на работу, если вскоре его освободят?", Александр Иванович по-солдатски быстро и уверенно кивнул головой. Видимо, губернатору до сих пор не доложили, что его бывший протеже уже этапирован в Иркутск и скоро предстанет перед судом.
В третий раз о Фонде стали говорить в феврале 1999-го, когда именно там нашлись найденные Лебедем 72 миллиона рублей на погашение долгов перед кредиторами Красноярской угольной компании, которую хотело прибрать к рукам РАО "ЕЭС России" в разгоревшемся в регионе "угольно-энергетическом скандале". Прессе тогда сообщили лишь о том, что это было сделано для того, чтобы спасти все три угольных разреза края от банкротства и передачи федеральному Центру, деньги Фонду выделил крупный местный бизнесмен, попросивший не афишировать его личность. Инкогнито так и осталось нераскрытым.
И вот краевые депутаты решили наконец выяснить, что представляет из себя эта странная финансовая струкутра, носящая статус губернаторского Фонда. Впрочем, заместитель губернатора края Марина Гончарова (сейчас она уже не работает в крае) так не считала. Хотя она и рассказала вкратце депутатам, чем занимается Фонд.
Во-первых, Фонд носится, как дурень с писаной торбой, с идеей организации в городе коммерческих рынков, безопасность и порядок на которых поддерживало бы краевое казачество (слава Богу, нашли людям дело). Почему этим должен заниматься Фонд, а, скажем, не краевое управление внутренних дел или краевая администрация, осталось непонятно.
Во-вторых, Фонд в лепешку разбивается, но ищет деньги на благо края - как для простых граждан, так и для угольных разрезов в виде инвестиций. Результат обществу пока неизвестен, как собственно, и методы поиска. Что же касается шахтеров региона, то поисками денег для них, точнее, поисками путей для их зарабатывания, активно и плодотворно занимается Краевая топливная компания (организация, кстати, тоже коммерческая, работники которой госзарплату не получают, в отличие от Фонда, где 11 работников за нее, как говорят, регулярно расписываются в ведомостях).
В итоге в задачке спрашивается - что такое этот Фонд и как он воюет против социальной напряженности в крае?
Кстати, ответить, кто его учредитель, и из каких источников происходит его финансирование, госпожа Гончарова тогда наотрез отказалась, мотивируя это тем, что Фонд - организация сугубо коммерческая. Депутаты ЗС края стали активно протестовать, и вот тут на поверхность всплыли другие странные факты. Оказалось, что, во-первых, в Фонд до сих пор не допущены юристы Счетной палаты, имеющие право проверки любых органов, связанных с государственной властью финансовыми отношениями, а во-вторых, недавно Фонд профинансировал деятельность трех пролебедевских газет, что абсолютно спокойно можно связать с начавшейся в крае необъявленной предвыборной компанией в Государственную Думу. Дошло и до прямых обвинений Лебедя в создании частных коммерческих структур. Так, депутат Всеволод Севостьянов напрямую связал Фонд губернаторских программ с деятельностью в Красноярском крае московского финансиста Бориса Йордана (ныне главы "газпромовского" НТВ), якобы активно контактировавшего с Лебедем в период губернаторских выборов в мае 1998-го. По словам депутата от КП РФ, краевая администрация достаточно много должна Йордану, для чего и создала свой Фонд, аккумулирующий все валютные инвестиции, поступающие в регион. Разумеется, документального подтверждения этому Севостьянов представить не смог, оттого его выступление легко можно было отнести в разряд слухов.
В связи со всей вышеизложенной информацией депутатам Законодательного собрания края ничего не оставалось делать, как высказать свое сомнение в правомочности существования Фонда губернаторских программ, а некоторые депутаты даже прямо называли его "карманным предвыборным фондом Лебедя". Вопрос решили отложить в долгий ящик, где он благополучно и засох навсегда. Тем не менее сам Фонд губернаторских программ с собственными "тайнами мадридского двора" после первой атаки на него красноярских депутатов все-таки устоял.
В нашем распоряжении находится постановление краевой администрации за номером 335-П от 2 июля 1998-го года об утверждении Устава Фонда губернаторских программ Красноярского края "в целях мобилизации внебюджетных финансовых средств", а также сам Устав. Документы эти любопытные. Вот вкратце их суть.
Сам Фонд - организация некоммерческая, членства не имеет, создается без ограничения срока деятельности. Учредитель - администрация края (вспомните отказ Гончаровой на сессии назвать учредителей). Фонд имеет самостоятельный баланс, вправе от своего имени владеть, пользоваться и распоряжаться своим имуществом, приобретать его, заключать договоры, совершать в России и за рубежом сделки, соответствующие своим целям и задачам. Цели и задачи Фонда тоже благие, "консультировать, поддерживать, разрабатывать, обеспечивать и развивать" все, что касается губернаторских программ. Но! Фонд также имеет право "создавать финансовые и инвестиционные механизмы" (кто будет делать это бесплатно?), рекомендовать проведение тендеров операторов по взаимозачетам (золотая жила, если перевести на русский), консультировать по юридическим вопросам, а также - внимание! - учреждать средства массовой информации, привлекать средства граждан и организаций и осуществлять предпринимательскую деятельность. Каково? Вообще, все эти документы можно было озаглавить "О чем молчала Марина Гончарова". Контроль за деятельностью Фонда осуществляет... ревизионная комиссия самого Фонда либо (!) привлекаемые внешние аудиторы (а их ведь можно и не привлекать, мол, обойдемся своей ревизионной комиссией). Комментарии, как говорится, излишни.
Вспомните: впереди Красноярский край ждет драка за места в местном парламенте, а затем за губернаторское кресло. А - где брать деньги? Может быть, ответ на этот вопрос - главная коммерческая тайна губернаторского Фонда?
