Блогнот. Мать, испытавшая удары судьбы

Жена участника СВО и мама четверых детей овдовела и превратилась в биомать, опасную для собственных детей. Это не сюжет фильма ужасов, а реальная история 22-летней женщины из Бурятии, старшему ребёнку которой пять лет, младшему – год.

Жизнь девушки из глубинки складывалась вполне обыденно. Училась с будущим мужем в одной школе, поженились, обзавелись детьми. Соседи свидетельствуют: обычная семья, в доме были чистота и порядок, дети ухожены и накормлены.  

Муж ушёл в ноябре 2023 года. Отправлял на питание детей и погашение долгов 20-25 тысяч рублей в месяц. Детские пособия не были оформлены. Средств катастрофически не хватало. Оставались нередко без связи – не было денег положить на телефон.

Каждый день мать с тревогой думала, чем накормить детей. Брала продукты в магазине под запись. Продавцы подтверждают, что брала необходимое: никаких изысков и алкоголя. Женщина спиртное не употребляет.

Без всяких заявлений и жалоб 16 апреля пришёл участковый, увидел дома беспорядок, тут же вызвал социальные службы. Они приехали с педиатром. Врач детей осмотрел, дал заключение, что все здоровы. Но детей изъяли, увезли в больницу, там угрозы здоровью детей также не обнаружили.

Мать впоследствии объясняла: в доме треснула печь, стала дымить. Решила перебраться с детьми на жилплощадь их бабушки, своей матери. Участковый застал семью в стадии переезда. Управлялись, как могли, собственными силами. С этим и другими проблемами многодетной матери особо никто не помогал.

В пользу её версии о причинах беспорядка в доме – единственном, по сути, обстоятельстве, из-за которого у неё изъяли детей, говорит свидетельство врача. Месяцем ранее он осматривал детей на дому. Тогда же, в марте, в медкарте им записано: дома чисто, тепло, дети накормлены, есть одежда и еда.

По информации матери, почти в одно и то же время в их посёлке изымали детей из нескольких семей. Всех, кроме её ребятишек, отправили в Баргузинский детский дом. Изначально говорили, что её детей отправят туда же, но, в итоге, из больницы их сразу же передали временным опекунам, у которых своих четыре ребёнка – семье, как говорят односельчане, далеко не идеальной. Почему такое исключение сделали для этих детей? Не было ли в этом корыстного умысла?

У детей есть две родные бабушки. Жив был на тот момент и отец. Оснований сомневаться в его родительских правах не было.

По закону, после изъятия детей из семьи органы опеки в течение недели должны обратиться в прокуратуру для подачи иска об ограничении или лишении родительских прав. Сделано этого не было. Мать на учете не состояла, замечаний не имела.

7 мая на неё оформляют административный протокол и наказывают штрафом по нижнему пределу. Это ещё раз подтверждает, что ранее ПДН и органами опеки женщина к ответственности не привлекалась.

Более того, годом ранее, в течение шести месяцев мать четырёх детей была ещё и опекуном своих двоих сестёр. Выполняла эту обязанность без нареканий: ответственно заботилась о благополучии шестерых детей, один из которых был грудным, под бдительным контролем социальных служб. Несмотря на это, 15 мая опека выходит в суд сразу с иском о лишении этой женщины родительских прав. Копию иска её мужу не отправили.

На следующий день после изъятия детей их мать избили, искупали в луже, раздели – и в таком виде ей пришлось идти через посёлок. В апреле на Байкале, на побережье которого находится посёлок, довольно холодно. Акт угрозы жизни и здоровью, устрашения и унижения человеческого достоинства, как говорится, налицо.

13 июня 2024 года муж погиб, а уже 18 июня суд за 40 минут лишает его вдову родительских прав, присуждает ей алименты по 8 440 рублей на каждого ребёнка и избавляет опекунов детей от приставки «временные». Заработать такие деньги на алименты непросто даже в столице Бурятии Улан-Удэ, сделать это в сельской местности практически нереально.

Мать, лишённая детей, от всех потрясений замкнулась в себе. Юридическими знаниями она не обладает. Многое из сказанного судьей осталось ей непонятным.

Решение суда в установленные сроки не обжаловала. Уехала сразу на вахту в Красноярский край, чтобы как-то заработать на алименты детей. На 7 ноября намечен суд о признании её ненадлежащим наследником своего погибшего супруга.

В региональных СМИ выходят статьи, например, «Спасение из детского ада» о том, как «лишённая прав вдова устроила борьбу за многомиллионные выплаты». Историю подхватил Первый федеральный канал, «Мужское/Женское» (16+). Женщину теперь публично оскорбляют и клеймят, что не мать она, а биомать. Дети, мол, из-за неё жили в ужасных условиях и состоянии: в разрухе, голодные, покалеченные, в язвах и обморожениях.

Мать, лишённая детей, долго избегала людей и всякого общения. Лишь недавно, наконец, отозвалась на предложение о помощи. Маленькая, хрупкая, сама выглядит, как школьница. Рассказала на встрече, что ей не дают видеться с детьми и общаться. Сказала, что готова бороться за них. Неравнодушные люди помогли ей уже с ремонтом дома, печи, с мебелью. Теперь у неё есть все условия, чтобы обеспечить своим детям нормальную жизнь.

В законодательстве есть понятие «доведения до ****убийства», когда объектом преступления становится жизнь другого человека, а в арсенале преступников – угрозы, жестокое обращение или систематическое унижение пострадавшего. Есть в нём и понятие – совершение преступного деяния в отношении лица, находящегося в беспомощном состоянии, группой лиц по предварительному сговору, в публичном выступлении, средствах массовой информации и сети интернет.

Многодетную мать, вдову до такого ужасного финала, слава богу, не довели. Но произошедшее с ней на тревожные тенденции в обществе однозначно указывает. Сколько таких беззащитных и беспомощных людей могут оказаться в сфере внимания нездоровых сил в преддверии многомиллионных выплат им и их детям? По данному факту обратился к прокурору республики на предмет проверки законности случившегося с многодетной матерью в Бурятии. Информация направлена также в комитет Госдумы по защите семьи, вопросам отцовства, материнства и детства.

Автор: депутат Госдумы РФ, член партии КПРФ Вячеслав Мархаев.