Нойонный Худлар. Как спикер Павлов убивает бурятское законодательство

Формализм — приверженность к соблюдению внешних формальностей
в ущерб существу дела, строго формальное отношение к чему-нибудь.
Толковый словарь под редакцией Д. Н. Ушакова

Нынешний созыв Народного Хурала напоминает поезд без тормозов на пути к пропасти.

С момента его избрания в сентябре 2018 года прошло пять сессий, каждая хуже другой, и позитивных изменений не предвидится. Виной всему стиль управления — во главе парламента Бурятии встал политик-формалист старой школы. У спикера Владимира Павлова есть безмерная лояльность «Единой России», но нет гибкости, а значит — выживаемости в суровых условиях бурятской политики.

Очередная, пятая сессия шестого созыва Хурала прошла 22 апреля. И спикер Павлов вел ее иначе, нежели предыдущую.

На то есть причины — после четвертой сессии вокруг спикера назревало недовольство депутатов. Это куда опаснее, чем раздражение избирателей, которые не имеют рычагов влияния на уже избранных депутатов. Экс-спикер Матвей Гершевич не даст соврать — он годами был марионеткой главы Вячеслава Наговицына и представлял собой типичного советского функционера в худшем его виде. Люди смеялись и плевались восемь лет, но безрезультатно; а в 2015 году депутаты вдруг решили, что такой спикер им не нужен.

Нынешний председатель Владимир Павлов был одним из этих депутатов-заговорщиков. Он не понаслышке знает, что депутатов злить не стоит, поэтому вынужденно перестраивается. Но, как и любой пенсионер при власти, перестраивается не под народную любовь, а ради спасения собственной шкуры. И никакими методами не гнушается.

Разберем, как трансформировался подход Владимира Павлова к руководству Народным Хуралом — от четвертой сессии (28 февраля 2019 года) к пятой (22 апреля 2019 года).

Очевидно, что председатель парламента провел работу над ошибками, о которых писал Бабр: он стал меньше путаться в документах, перестал постоянно просить о помощи юристов и даже ни разу не нажал неправильную кнопку на своем компьютере. В целом 62-летний Павлов стал намного собраннее, даже бодрее.

Но правила ведения сессий значительно ужесточились. Бывший секретарь «ЕР» стал использовать регламент Народного Хурала в качестве оружия. Против устава не поспоришь — чревато санкциями; регламент удобен и еще до Павлов был составлен так, чтобы его положения можно было подгонять под практически любую ситуацию.

Наглядный пример — на четвертой сессии депутаты раскритиковали законопроект об отмене капитального ремонта в четырехквартирных домах. Больше десятка человек встали в очередь, чтобы покритиковать закон — такого не бывает даже во время обсуждения бюджета, а здесь речь о каком-то капремонте. Невиданное дело.

Выход из ситуации пришел откуда не ждали — коммунист Буда-Ширап Батуев предложил прекратить обсуждение и проигнорировать десяток депутатов, просящих слова. Тут-то в дело и вступает регламент, согласно которому спикер обязан вынести такое предложение на голосование о прекращении прений и переходе к обсуждению. А теперь самое интересное — в большинстве голосований для победы необходимо набрать кворум в 34 голоса; для прекращения обсуждения нужен всего один голос.

Зато это осознал Владимир Павлов. И действительно поменял свой подход — на пятой сессии «прием Батуева» с прекращением прений он использовал уже семь раз.

Исполнителями выступили товарищи спикера — уже знакомый нам Буда-Ширап Батуев — дважды (прервал неприятные вопросы кандидату в первые зампреды правительства Игорю Зураеву и обсуждение спорного закона о вылове бродячих собак) единоросс Сергей Пашинский (сорвал вопросы кандидату в зампреды по экономическому развитию Алексею Мишенину), Анатолий Кушнарев (закончил обсуждение того самого скандального законопроекта о капремонте), единоросс Леонид Белых (спас от вопросов министра образования Баира Жалсанова), Цырен- Даши Доржиев (отменил доклад министра финансов Всеволода Мухина) и Батор Цыбиков (выступил против заслушивания доклада о соблюдении прав человека в Бурятии в 2018 году.

Они вмешивались во все жаркие обсуждения и досрочно их прекращали. Вскоре этим возмутились депутаты:

«Я, как председатель комиссии по мандатам и этике, отмечаю: никто из депутатов, тем более регламентной группы, не имеет права говорить, что мы вдруг где-то чего-то [неправильно] делаем. Мы говорим то, что говорили бы и продолжаем. И поэтому не должно быть такого рода замечаний», — возмущалась Екатерина Цыренова («Народный депутат»).

Так спикер Павлов видит решение проблемы своей политической неустойчивости. Как и любому возрастному руководителю советской закалки, ему проще задавить малейшее проявление свободы в Хурале, чем адаптироваться под конъюнктурные изменения внутри него.

Этим он напоминает бывшего спикера, ныне вице-спикера Цырена-Даши Доржиева. Тот тоже установил в парламенте диктатуру и даже проводил репетиции сессий. Но он, в отличие от Павлова, не был марионеткой «Единой России» и правительства Бурятии — он давал депутатам наглеть и атаковать министров, если они того заслуживают. Только после того, как Доржиев проиграл главе Бурятии в борьбе за власть, он стал фанатиком регламента и стал применять его направо и налево.

У нынешнего спикера никакой войны за власть не было. Это не политик Доржиев, а завхоз Павлов, лояльный, преданный и формальный донельзя. Задавить любое недовольство и не дать депутатам зарваться, запретить критику министров, но все это — в рамках регламента, за которым удобно прятаться и формально всегда быть правым.

Представьте себе 65 депутатов (за вычетом самого Павлова), каждый из которых считает себя игроком и представителем интереса группы лиц. Их в одночасье лишают права отстаивать свое мнение и пиариться, их лишают чувства собственной важности для бурятской политики здесь и сейчас. Их лишают власти.

И пусть народ, скорее всего, даже не заметит краха парламентаризма — Хурал в Бурятии и так давно не считают оплотом демократии. Но 66 депутатам народный гнев и не нужен — у них достаточно полномочий чтобы заменить спикера за две недели. Правда ведь, Матвей Матвеевич?