Модная оппозиция
Пусть мои слова опровергают абсолютно все опросы общественного мнения, мне кажется, что в нашей стране 99% людей, не работающих в органах власти, являются оппозицией.
В разной степени: не любить правителей в нашей стране — норма, высказывать свои претензии к властям публично — исключение. Юридически грамотно оформлять свои претензии, высказывать их постоянно, привлекая к себе внимание сочувствующих через интернет и прессу — исключение из исключений. По крайней мере, так было до недавнего времени.
Тем, кто относится к последней категории, хотелось бы, чтобы гражданская оппозиция стала просто исключением, а затем и нормой. В попытке понять, как это могло бы произойти, я хочу обратить внимание на нечто, уже проделавшее такой путь — благотворительность. Десять лет назад на слуху был только Российский фонд помощи; сегодня фондов десятки, если не сотни. Что произошло?
Десять лет назад на слуху был только Российский фонд помощи; сегодня фондов десятки, если не сотни. Что произошло? Идея собирать пожертвования через интернет родилась, кажется, сама собой, из обстоятельств. Возможно, кто-то разместил страничку с просьбой помощи и «перепоста» от отчаяния — но это сработало. Затем были «звезды» интернета, «тысячники» Живого Журнала, монетизировавшие на благое дело популярность своих проектов. Именно тогда, кажется, Максим Кононенко (mr. parker) на вопрос, не боится ли он, что благотворительность станет просто модой, ответил, что это лучшее, на что может быть мода. Так это или нет, но сегодня один руководитель благотворительного интернет-фонда говорит, что собирать средства стало сложнее. Там, где раньше достаточно было просто данных нуждающегося, теперь необходим настоящий журналистский талант. Жертвовать не стали меньше; просто благотворительных фондов так много, что между ними началась конкуренция. Исключение стало нормой.
Помимо известных деятелей, профессиональных фаундрайзеров и вообще человеческого «ядра» благотворительности ключевую роль в этом переходе сыграли, на мой взгляд, интернет-платежи. Они дали возможность жертвовать, не отходя от компьютера; сделали доброе дело комфортным. В результате они стали техническим мостиком между исключением и нормой, фактором, обеспечившим возможность вовлечь в благотворительность на порядок больше людей.
Гражданские оппозиционеры сегодня тоже в сети: встречаются, общаются и договариваются о совместных действиях. И вот вопрос: если посмотреть на опыт благотворителей, какими характеристиками должен обладать инструмент вовлечения масс?
Интернет-общественность политически пассивна, но может поискать для нее другие, более удобные формы участия?Первая очевидна: это должна быть интернет-технология, все должно происходить возле компьютера. Записные оппозиционеры мне говорили, что из ста пятидесяти человек, обсуждающих пикет на форуме, реально в назначенные место и время придут один-два. Хорошо, интернет-общественность политически пассивна, но может пора перестать об этом сокрушаться и поискать для нее другие, более удобные формы участия? Разве оппозиции по природе чужд маркетинговый подход?
Вторая характеристика — реальность результата. Благотворительные фонды лично сообщают каждому жертвователю о судьбе того, кто получил его деньги — что средства на операцию собраны, как она прошла и т.п. Кстати, этой характеристикой не обладает такое популярное в интернете действие, как сбор подписей. Да, собрали; да, возможно, это как-то повлияло, но между личной подписью и результатом нет прямой и видимой связи.
Зато вот недавно среди новосибирских пользователей вконтакте.ру была проведена акция. Был выложен юридически грамотный текст письма о плачевном состоянии дорог в соответствующий департамент мэрии Новосибирска. Просто впиши имя-фамилию-адрес, укажи дороги, требующие ремонта и отправь письмо в интернет-приемную мэрии. Думаю, сейчас мэрия считает эту приемную своим проклятием — ведь все полученные электронные письма требуют ответных действий, как минимум, отправки официального ответа Почтой России. Дороги, по этой причине или по другой, начали ремонтировать; а каждый написавший получил от мэрии письмо в конверте, на бланке, в свой почтовый ящик. Кто-то его выкинул, кто-то — положил на видное место. Главное — насколько я могу судить, акция была действительно массовой, а это значит, что в ней приняли участие обычные люди, к системной оппозиции не относящиеся. Просто люди.
Может быть, мостик от исключения к норме лежит где-то здесь. И даже более того. Может, пора расстаться с какими-то иллюзиями, стереотипами — что оппозиция власти есть нечто всегда серьезное.. Что проявление гражданского самосознания обязательно удел интеллектуалов и людей с чуткой общественной совестью. Таких людей слишком мало для серьезных перемен. Так почему бы не изменить подход так, чтобы и другие могли стать оппозиционерами? Пусть оппозиция станет игрой в интернете, пусть это будет нечто прикольное. Если шаг от тоталитаризма к гражданскому обществу сделает «офисный планктон», студенты, сидящие «вконтакте», что плохого? Пусть акт гражданской воли проявит гламурная девочка, у которой во дворе построили внеплановое здание, из-за которого ей стало негде парковать свой «Витц». Пусть она сделает это со своего нетбука в кофейне — респект ей за это и уважуха. Пусть вопросы контроля за действиями властей перейдут из страстных дискуссий в политфорумах в непринужденную болтовню в одноклассниках. Ну и что? Меньше пафоса, больше результата.
