Сильный духами

Распределение призов придало 63-му Каннскому кинофестивалю смысл, едва не потерявшийся в относительно слабом конкурсе. Решения жюри под руководством Тима Бёртона логичны и объяснимы. Фестиваль подтвердил репутацию главного арбитра арт-кино.

Присуждение «Пальмы» тайской картине «Дядя Бунми, который может вспоминать свои прошлые жизни» — не политкорректный жест в сторону экзотической кинематографии, а закономерная победа фаворита. Режиссер Апичатпонг Верасетакун шел к ней с 2002 г., когда его фильм «Благословенно ваш» получил главный приз второго по значению каннского конкурса «Особый взгляд». В 2004-м «Тропическая болезнь» участвовала уже в основном конкурсе и уехала с призом жюри (председателем был Тарантино). Следующая картина «Синдромы и столетие» вошла в самые авторитетные списки главных арт-фильмов нулевых. На 63-й Каннский фестиваль 39-летний тайский режиссер приехал в статусе самого перспективного киноавтора современности, и «Золотая пальма» этот титул окончательно закрепила.

Фильмы Верасетакуна лишь на первый взгляд могут показаться кинематографом с другой планеты. Например, в «Дяде Бунми» к умирающему, решившему провести последние дни в деревне в окружении близких, приходят на ужин призрак жены и сын, ставший мистической обезьяной, и никто их появлению не удивляется: для тайцев духи и реинкарнация — вещи почти такие же обыденные, как наполняющий джунгли неумолчный стрекот насекомых (основной звуковой фон картины). Но изощренный современный художник Апичатпонг Верасетакун не просто транслирует эту природно-буддистскую картину мира, в которой источником плохой кармы в равной степени может считаться убийство коммунистов и жуков. Он подпитывает ее тонким юмором и подключает напрямую к традиции западного авангарда, которую, очевидно, знает лучше многих режиссеров из Юго-Восточной Азии: хотя бы потому, что защищал степень по изящным искусствам и кинематографии в Чикаго.

Как следует из названия, «Дядя Бунми, который может вспоминать свои прошлые жизни» — фильм о реинкарнации. Нюанс в том, что для Апичатпонга это идея не мистическая, а кинематографическая. Кино — один из медиумов, позволяющих путешествовать в прошлые жизни и другие миры, находить чувственный контакт с умершими близкими («Дядя Бунми» пропитан памятью об отце режиссера) и разговаривать с призраками старых фильмов ужасов, где неуклюжие чудовища сверкали красными глазами из темноты.

Заглянув в глаза чудовищ, жюри раздало остальные призы, соблюдая баланс политики и артистизма. Гран-при получили добротно-традиционные, но важные по теме «Люди и боги» Ксавье Бовуа об убитых террористами обитателях католического монастыря в Алжире. Приз за режиссуру был отписан обаятельному Матье Амальрику за меланхолично-бурлескное «Турне». Хавьер Бардем, три года назад обойденный призом за магнетическую роль в коэновском шедевре «Старикам тут не место», получил частичную сатисфакцию (приз за мужскую роль разделили между ним и итальянцем Элио Джермано). Лучшей актрисой признана украшавшая фестивальный плакат Жюльетт Бинош. Приз жюри политкорректно дали фильму из Чада. Корейского мэтра Ли Чандона («Поэзия») наградили за сценарий. Британскому мэтру Майку Ли за «Еще один год» не дали ничего, потому что это еще один очень хороший фильм режиссера, у которого «Золотая пальма» уже есть. А Каннам нужны новые герои.