Резиновые комнаты для учителей

Что делать, если учителя нельзя уволить, но и к детям подпускать опасно? В Нью-Йорке для этого существуют центры временного перераспределения — «резиновые комнаты» (по аналогии с комнатами в психиатрических больницах).

В них попадает всего 0,05% учителей. Они продолжают получать зарплату вплоть до судебного решения по их вопросу. А решение может откладываться годами.Каждый день более 600 нью-йоркских учителей проводят в «резиновых комнатах» свое рабочее время. Они приходят в 8.15 и уходят в 15.15, с перерывом на ланч и школьные каникулы. Им запрещено преподавать, они ничего не делают, но исправно получают зарплату, которая может достигать 100 тысяч долларов в год.

«Резиновыми комнатами» (rubber room) школьные работники называют центры временного перераспределения — это помещения без окон, в которых содержат учителей публичных школ, отстраненных от работы по обвинению в недостойном поведении. Учителей могут подозревать в сексуальных домогательствах, в применении агрессии, в частых опозданиях, в некомпетентности, в нарушении корпоративной этики. Здесь они ожидают результатов расследования и решения суда. В среднем на это уходит около трех лет. Отказ посещать «резиновую комнату» означает увольнение и косвенное признание своей вины.

«Резиновые комнаты» — бюрократическая ловушка. Согласно законодательству Нью-Йорка, права школьных учителей защищены бессрочным контрактом (tenure). Он был введен еще в 1917 году для защиты от политических репрессий. Бессрочный контракт гарантирует учителю со стажем работы более трех лет пожизненное трудоустройство — кроме тех случаев, когда он обвинен в преступлении и его вина доказана. Поэтому нью-йоркского учителя нельзя уволить до судебного решения, ему нельзя перестать платить зарплату, даже если у руководства школы появляются подозрения. За этим строго следит профсоюз учителей (UFT). С другой стороны — и в этом сходятся все, — подозрительный учитель не должен приближаться к детям.

Доходит до абсурда. Франсиско Оливарес, математик-педофил, который трогал, фотографировал и вступал в сексуальные контакты со своими ученицами, из-за бюрократических проволочек семь лет посещал «резиновую комнату», не забывая получать свое привычное жалованье (94 154 доллара в год).

Такие случаи не могут не злить законопослушных налогоплательщиков, которым система центров временного перераспределения обходится в 35-65 миллионов долларов в год. Эти деньги идут на зарплаты отстраненных от работы учителей, учителей-заместителей, адвокатов, следователей и судей, а также содержание самих помещений.

Случается, что резиновые комнаты становятся орудием репрессий против неугодных педагогов, например доносителей или активных деятелей профсоюза. Директору школы достаточно несколько раз неудовлетворительно оценить работу учителя за год, чтобы появились основания для разбирательства в его компетентности. Так, Джейм Кастро после успешной десятилетней работы в начальной школе не смог наладить отношения с директором на новом месте. За три года работы он пять раз был направлен в «резиновую комнату» и четыре раза оправдан. На пятый раз он не выдержал и уволился.

Только на первый кажется, что легко получать деньги за ничегонеделание. В «резиновой комнате», рассчитанной на 26 человек, размещены порой все 75. Нет окон, телефона, часов, плохо работает вентиляция. Все личные вещи остаются у охранников. Под их наблюдением учителя решают кроссворды, вяжут, слушают айпод, спят. Лишь недавно этим бедолагам разрешили читать книжки, сидеть в Интернете и заниматься йогой. «Все-таки это опасное место, — говорит школьная учительница Дженифер Сондерс, — ты не знаешь, за какие грехи здесь все эти люди. Может быть, они вчера соседа зарубили».

«"Резиновые комнаты" предназначены для запугивания, задержания и изоляции учителей, членов профсоюза, имеющих бессрочные контракты. Эта изоляция лишает обвиненного учителя права получать поддержку коллег, общаться со свидетелями, строить сильную защиту», — пишет анонимный учитель, посетитель «резиновой комнаты», в своем блоге.

Другие учителя в интервью журналу The New Yorker сравнивают свое пребывание в «резиновой комнате» с тюрьмой в Гуантанамо: «О каких правах человека в Китае мы говорим, если тут такое творится?»

Если учитель оправдан, он возвращается в свою школу. Джереми Гарретт, автор документального фильма Rubber Room, рассказывает, как сложно вернувшимся из «резиновых комнат» приспособиться к привычной работе. Большинство впадают в депрессию и переживают хроническую усталость, кто-то увольняется, кто-то переезжает в другой штат. Даже полностью оправданных учителей, посещавших «резиновые комнаты», потенциальные работодатели воспринимают с опаской.

Расцвет центров временного перераспределения совпал с назначением на место главы управления образования Нью-Йорка Джоэля Клейна, противника бессрочных контрактов. «Жесткая система компенсаций, система выслуги лет и бессрочные контракты — три кита городской системы образования — не подходят нашим детям», — говорит он в интервью The New Yorker. Ему уже удалось вдвое увеличить количество отказов в бессрочном контракте молодым учителям. В следующем году, если удастся договориться с профсоюзом, власти Нью-Йорка собираются сократить 11 тысяч из 79 тысяч учителей.

Практика отстранения подозрительных учителей от должностных обязанностей в той или иной форме существует в США с конца 1960-х. Правда, раньше их переводили на работу, не связанную с преподаванием. Так же сейчас поступают в других штатах: Лос-Анджелес и Сан-Франциско сажают провинившихся учителей отвечать на телефонные звонки, охранять складские помещения или оставляют дома. В Чикаго подозрительные учителя переводятся на бумажную работу.

«Это отнюдь не идеальная система, — говорит Майкл Бест, главный юрист департамента образования, — но, учитывая законодательство и требования профсоюза, мы вынуждены балансировать между безопасностью детей и обязательствами перед учителями».

PS. Совсем недавно мэр Нью-Йорка Майкл Блумберг резиновые комнаты решил закрыть.