Цифровое государство

Правительство хочет, чтобы статистика отражала не действительность, а пропагандистские тезисы.

«Новая» продолжает общественную дискуссию о современном состоянии российской статистики, которую начали в № 112 публикацией Михаила Делягина. Невольным участником дискуссии оказался теперь уже экс-глава Росстата Владимир Соколин, который в прощальном интервью («Итогам») заявил, что не разделяет оптимистических заявлений официальных лиц о начале экономического роста в нашей стране, потому что реальная статистика не дает таких оснований. А не придется ли преемнику Соколина «рисовать» спущенные сверху цифры? Такого поворота событий не исключает сегодняшний участник нашей дискуссии, партнер, директор департамента стратегического анализа компании ФБК Игорь Николаев.

Студентам-экономистам на своих лекциях я так и говорю: «Любите цифры!» Потому что статданные — это оцифрованный язык экономики, потому что экономист, не знающий показатели, — не экономист. Если данные верны, язык этот позволяет правильно оценивать происходящие в экономике процессы. Если неверны, мы перестанем вообще что-либо понимать.

Сегодня мне тревожно, очень тревожно за происходящее. Нет, с официальной статистикой пока еще все относительно неплохо. Но это только пока.

Посмотрите на тенденцию последних двух месяцев. В кампании по зомбированию всех, в том числе и себя, что кризис закончился и пошел экономический рост, поучаствовали госчиновники самого высокого ранга. Причем опирались эти чиновники на различные месячные показатели прироста ВВП в летние месяцы (0,4%, 0,5%, 1% — все к предыдущему месяцу).

Что это за цифры такие? Это оценочные данные — прежде всего Минэкономразвития. И, что принципиально важно, это не официальные данные Росстата. Вопрос: как можно делать столь важные выводы не на основе официальной статистической информации? Ну это вопрос к тем лицам, которые озвучивали данные цифры.

Кстати, а где же тогда официальные данные? Ответ очень прост: их нет и не может быть, потому что методология расчета важнейшего макроэкономического показателя — ВВП — не предусматривает такой возможности. ВВП рассчитывается поквартально и за год. И это не какая-то там недоработка Росстата, это общепринятая в мировой статистике практика.

Мало того, практикуется 4—5 переоценок данных по ВВП. В результате нескольких переоценок первичные данные, как правило, не очень сильно изменяются, однако бывают и «выбросы»: результатом нескольких переоценок прирост ВВП в России в 1999 году увеличился почти в два раза, составив в конечном итоге 6,4%.

Таким образом, сегодня экономические власти ясно дали понять: им не нужны достоверные официальные экономические статданные.

Честно говоря, настроение от этого становится скверным. Потому что следующий шаг в такой ситуации — попытка давления на Росстат. Собственно говоря, жонглирование подобными данными — это уже давление! Мы — аналитики-макроэкономисты и так-то не избалованы полной и хорошей статистической информацией. И то, что до недавнего времени делал Росстат, может, и не вызывало большого восторга, но было все-таки весьма сносным.

Перефразируя известное изречение, скажем так: «Других статистиков у нас нет».

Какие же недостатки в сегодняшнем статистическом учете можно выделить? Проблема с достоверностью статинформации все-таки существует.

Внешний контроль за достоверностью официальной статистической информации отсутствует. Аудит эффективности бюджетных расходов, выделяемых на проведение официального статистического учета, не осуществляется.

Необходимы серьезные изменения в организации статистического учета в Российской Федерации. Официальный статистический учет может и должен осуществляться не самими органами власти, как это происходит сегодня в России, а специализированными организациями по их заказу. Необходима децентрализация статистики.

И вот при таких серьезных недостатках существующей системы возрастают риски снижения достоверности официальной статистической информации.

До того как это произойдет, неплохо было бы еще раз оценить достоверность сегодняшних данных по двум важнейшим макроэкономическим показателям: ВВП и инфляции.

Верить ли официальным данным по ВВП?

Речь идет именно об официальных данных Росстата, а не об упоминавшихся выше оценках Минэкономразвития. Тем-то верить нельзя, это понятно.

Что с официальными? Мы — компания ФБК — попытались оценить достоверность таких данных некоторое время назад. Результатом такой попытки стала подготовка аналитического доклада «ВВП: качество и достоверность информации».

Честно скажу: приступая к работе, я был почти уверен, что официальная отечественная статистика по основному макроэкономическому показателю не является удовлетворительной.

Да, в процессе работы выявилось, что применяемые в настоящее время в России методы расчета темпов роста ВВП не в полной мере отвечают передовой мировой практике, в которой преобладающим является метод двойного дефлятирования. Для внедрения данного метода необходимо повысить качество и полноту данных по промежуточному потреблению, валовому выпуску, системе ценовых индексов.

Применяемые в России методы расчета темпов роста ВВП — одинарное дефлятирование и экстраполяция — несмотря на противоречивость результатов сравнительного анализа, имеют следствием скорее незначительное искажение официальных данных по сравнению с их фактическими значениями.

Я не буду утомлять читателей сложными терминами и методологическими особенностями разных методов. Главное, что проведенный анализ качества и достоверности официальной статистической информации по ВВП, несмотря на имеющиеся основания говорить о некотором возможном искажении данных по методологическим причинам, не позволяет тем не менее утверждать это в категоричной форме. Таким образом, официальные российские данные по динамике ВВП являются относительно точными и согласованными.

Что с инфляцией?

Инфляция (индекс потребительских цен)— еще один важнейший макроэкономический показатель. По нему мы также попытались оценить достоверность официальных данных, результатом чего стала подготовка аналитического доклада «Альтернативная инфляция».

Причем так как этот показатель касается всех и каждого (это не какой-то там абстрактный для подавляющего большинства ВВП), уверенных в том, что верить официальным данным по инфляции нельзя, пожалуй, большинство. И это в общем-то понятно: у каждого своя инфляция, которая зачастую не совпадает с тем, что фигурирует в официальных отчетах.

Кроме того, необходимо также учитывать и особенности восприятия людьми данных об изменении цен на те или иные товары и услуги. Человеческое внимание естественным образом концентрируется на росте цен: на услуги ЖКХ, на бензин и т.п. А рост цен на эти товары-представители, бывает, как правило, существенно выше официальных данных по инфляции. Люди недоумевают: как так, что за вранье? На самом деле вранья нет или почти нет. Ведь инфляция — это своего рода «средняя температура по больнице». Ведь люди же не учитывали, что, к примеру, одновременно в последние годы практически не росли цены на электробытовую технику. А ведь при определении общего показателя инфляции это как раз учитывалось.

Мы провели оценку годового показателя инфляции с учетом данных других министерств и ведомств. Выяснилось, что все-таки по инфляции, в отличие от показателя по ВВП, к Росстату можно предъявлять претензии: годовой показатель оказался заниженным примерно на 2 процентных пункта. То есть если в 2005 году, к примеру, официально отчитались об инфляции в 10,9%, то фактически она была не менее 13%. Думается, что и в последующие годы были расхождения подобного порядка. Чем можно объяснить эти различия?

Во-первых, ввиду высокой чувствительности показателя инфляции, данные по нему находятся под пристальным вниманием руководителей не только экономического блока правительства, но и государства в целом. И Росстат такое внимание, безусловно, чувствует.

Во-вторых, если для Росстата статистика цен и тарифов — это прямая обязанность, то для отраслевых ведомств это прежде всего необходимость. Понятно, что во втором случае причин для максимальной объективной оценки отслеживаемых ценовых тенденций гораздо больше.

Вот и получается, что официальным статистическим данным по инфляции можно почти верить. В общем, они несильно искажены. И на том спасибо.

Ну а в целом ситуация со статистикой складывается достаточно тревожная. Собственно говоря, интервью руководителя Росстата Владимира Соколина, данное им «напоследок» (перед уходом с этой должности) журналу «Итоги», в полной мере подтверждает обоснованность такой обеспокоенности.

Что будет дальше? Давайте попробуем спрогнозировать ситуацию. Выяснится, что с рапортами о завершении кризиса и начале экономического роста в очередной раз поспешили. И опровергнут эти заявления официальные данные Росстата. В такой ситуации развитие может идти двумя путями. Или больше не будут спешить с выводами, которые опровергаются в дальнейшем официальными статданными. Или постараются сделать так, чтобы была «нужная» статистика от Росстата. Увы, второе, вполне вероятно.

И любить такие цифры будет очень трудно. Что же, хоть и ограниченными являются возможности для перепроверки данных для независимых аналитиков, которых тоже практически нет, это надо будет пытаться делать. Будем пытаться.