Ректорский корпус?

Невероятные превращения вузовской недвижимости.

Вероятно, если бы ректор Санкт-Петербургского инженерно-экономического университета профессор Александр Михайлушкин и дальше оставался на своем посту, вуз так и числился бы по разряду крепких и благополучных. Но благополучие оказалось зыбким. Стоило многолетнему руководителю Инжэкон по воле Минобрнауки отправиться на пенсию, как он, к изумлению бывших коллег, предъявил права на “совместно нажитое имущество” в виде учебного корпуса на Московском проспекте.

Сделал это ректор, можно сказать, не без оснований. Корпус в 1999 году университет взял в аренду с правом последующего выкупа у предприятия “Электросила”, что как раз особого секрета не составляло. Некоторые знали и о том, что через несколько лет договор аренды был переоформлен на созданный в 2000 году для сбора пожертвований вузу благотворительный фонд “Инжэкон”, который и стал арендодателем.

Фонд - структура в высшей степени любопытная. Сюда предлагалось вносить деньги и родителям абитуриентов, но не за обучение своих чад (хотя фактически университет брал на себя обязательство создать для них учебные места сверх бюджетного задания), а как благотворительные взносы. Причем по договору с вузом фонд оставлял себе 15 процентов от перечисленных сумм. Как говорит Михайлушкин, благодаря этой схеме фонд работал на университет. За его счет получали доплаты к жалованию преподаватели, вводились новые объекты, шел ремонт помещений, обучались студенты по благотворительным программам, в том числе “Дети Беслана”...

Действительно, если сравнивать с некоторыми родственными по профилю вузами, ИНЖЭКОН выглядит просто процветающим. Не бедствовал и фонд, судя, например, по численности и составу оказавшегося в его распоряжении автопарка. Но когда новое руководство вуза решило провести инвентаризацию имущества, выяснилось, что упомянутый корпус уже передан частной фирме “Боск”.

Этому и другим открытиям была посвящена спешно созванная в том самом злополучном корпусе пресс-конференция нового руководства вуза. Говорилось, что фонд задолжал университету 16 млн рублей в счет доплат преподавателям только за прошлый декабрь (на эту сумму уже подан судебный иск) и еще 48 млн рублей за три месяца этого года. Фонд перечислять эти деньги отказывается, поскольку сам же Ученый совет решил с 1 января разорвать с ним договорные отношения в части благотворительной программы. Кроме того, у руководителей фонда уже нет былой уверенности, что в университете сумеют грамотно распорядиться этими деньгами!

Для многих в Инжэкон было откровением, что учредителем фонда был не вуз (как они считали), а сам ректор. Как сказал на проходящих сейчас собраниях один из преподавателей, “мы думали, что живем одной большой семьей, а оказалось, что у него своя - маленькая”. Имелось в виду, что президентом фонда одно время был сын Александра Ивановича, а сейчас является дочь, и в правление, возглавляемое Михайлушкиным-старшим, входили его родственники и помощники. Если учесть, что он же подписывал договоры с фондом как ректор, легко представить характер отношений университета с возникшим на его теле придатком. Сегодня универсанты сетуют на то, что раньше “по-семейному” извиняли: на непрозрачность фонда, в недрах которого растворились в том числе пожертвования знаменитых выпускников Анатолия Чубайса и главы “Северстали” Алексея Мордашова.

И.о. ректора профессор Ольга Гончарук не скрывает тревоги. Фонд прекратил транспортное обслуживание вуза (иномарки покинули резко опустевший гараж), институтским службам грозит переезд из помещений на ул. Марата площадью 1000 кв. метров. Договор об аренде университетом корпуса на Московском проспекте заключен до 2017 года, но, по словам Ольги Васильевны, существует риск увеличения арендной платы и даже расторжения его фондом, якобы из-за ненадлежащего содержания здания. Ведь Инжэкон и ­“Инжэкон” теперь вроде как чужие.

Особую пикантность этой истории придает то, что произошла она в одном из ведущих экономических вузов страны. Оставляя за скобками ее моральный, точнее аморальный, аспект, наблюдатели отмечают жесткую профессиональную хватку экономиста-практика, начинавшего еще с руководства Областным студенческим стройотрядом, а ныне давшего предметный урок бизнеса экономистам-теоретикам.

Вообще, этот казус может стать темой полноценного семинара. Что если сделки, в соответствии с которыми плата за обучение проводилась как благотворительные взносы, будут признаны притворными, совершенными одной из сторон в корыстных целях? У приверженцев Михайлушкина свои резоны: проверки проводились и раньше и нарушений не выявили, все выкупные платежи за корпус на Московском проспекте были возвращены университету, стало быть, здание перешло фонду на законных основаниях и частная фирма “Боск” является добросовестным покупателем.

Так что передвинуть недвижимость обратно в лоно вуза будет весьма не просто.