"Знать не может председатель..."

Госдума приняла в очередном чтении закон о государственном языке - как составляющей части языка русского. Теперь в моем большом языке мне оставили маленький частнособственнический сектор, с государственным как бы не связанный. В нем я могу вволю употреблять и ненормативную лексику, и неоправданные иностранные заимствования. Что ж, спасибо Родине за счастливое детство.

Понимает ли депутат Николай Губенко, что близкие ему слова "артист" (лицедей), "театр" (вертеп), "коммунистическая партия" (общественная группа) являются заимствованиями? Или ему лишь бы в строю была видна грудь четвертого человека? Правда, он фельдфебель просвещенный - даже разрешил Льву Толстому употребить ненормативное слово "просрали", поскольку это оправдано творческими соображениями. Но тут же доказал, что соображения эти понимает по-фельдфебельски. У Толстого раскрасневшийся старый Данила орет: "Просрали волка, охотники!" и аж нагайкой хочет неумеху-барина хлестнуть в оскорбленном азарте. А в изложении охранителя русского языка Губенко старый Данила как бы докладывает с утренним кофеем: "Просрали-с волка, барин!"

Текст - другой. Ну не кричится эта фраза на морозном русском воздухе! Однако ж народный депутат уверен в своем праве разъяснять замысел писателя. Вот ежели б это "замыслом" не было обусловлено, хрена бы лысого граф Толстой стал так охальничать. И по-французски писать кучу непонятных страниц ни за что бы без замысла не стал.

На мой взгляд, у писателя любое слово появляется в тексте только потому, что обусловлено творческим замыслом. Но народному депутату, понятно, виднее. Оттого он и берется определять, где именно "творческий замысел", а где вредное глумление. Вот, например, Набоков пишет про "зеленую жижу ленинских мозгов" - от творческого замысла или от бессильной ненависти к основателю государства рабочих и крестьян? Если кто-нибудь с Губенко после этого закона еще здоровается, не поленитесь при случае спросить.

Утомленному от духовных трудов лицедею вторит с экрана телевизора гражданин в рясе с крестом на животе и дудит ровно на той же ноте. Некие-де художники (от слова "худо"! вздумали оскорбить религиозные чувства верующих, разместив в музее Сахарова выставку "Осторожно, религия". Натурально, совершили преступление. И полдюжины доблестных мужей сию выставку разметали, выразив праведный народный гнев.

Выставки не видел. Подозреваю, так себе. Но не ваше, господа, дело рушить чужие экспонаты и цензурировать чужие тексты. Бранить - будьте любезны. Однако без рук! Мои, к примеру, атеистические чувства тоже глубоко оскорблены халтурными бумажными иконками, наклеенными на фанеру. Мне это кажется отвратительным преступлением против истории и культуры. Однако это не повод вламываться в храм и пугать тамошних пергаментных старушек. Им от этого фуфла живется легче - ну и слава богу.

Кстати, кто призвал в музей этих народных мстителей - непосредственно архангел Гавриил или все-таки пастырь духовный науськал?

Что касается "преступлений", то взрослым людям не грех бы знать, что любое крупное творческое начинание всегда есть преступление. В буквальном смысле слова оно преступает прежние нормы и правила. Тот же Толстой был преступником, чему подтверждением анафема. Тот же Христос был преступником, чему подтверждением распятие. Пушкин был преступником. Герцен тоже. А Булгаков, Платонов, Бродский - некоторых послушать - так и посейчас ими остаются!

Не вам, господа, решать. Со словом борются словом, с эстетикой - эстетикой, а не административными уложениями. Не может быть закона о мере ума и бездарности, пошлости и таланта. Язык - не инструмент для "осуществления обмена информацией между гражданами страны во всех областях общественной деятельности", как сочинили наши законодатели, а среда обитания мысли и чувства. Язык, прошу прощения, - история, свобода, судьба. Развивается помимо депутатских указаний. И когда чей-то административно-лакейский язык бесцеремонно касается русского, живого, да еще и надевает на него замки и крючочки, получается самая тошнотворная порнография.

Короче, как выразился А.К. Толстой (не тот, другой):

"Способ, как творил Создатель,
Что считал он боле кстати -
Знать не может председатель
Комитета о печати".

Полагаю, депутат Губенко тоже не может знать. И благонравный служитель культа не может, пусть он даже и подрабатывает в ФСБ.