"Князь Игорь" техасский Премьера в хьюстонской опере

Александр Бородин писал "Князя Игоря" восемнадцать лет, но так и не окончил его: музыку к опере дописывали и оркестровали Римский-Корсаков и Глазунов. Этот факт, видимо, уже сам по себе служит лицензией на расправу с "Князем". "Если Римский химичил, то почему бы и нам не похимичить?" - рассуждают интерпретаторы-постановщики. На днях в хьюстонской "Гранд опера" состоялось очередное явление "Князя Игоря" народу.

Известный постановщик Франческа Дзамбелло - далеко не Римский-Корсаков и даже не Глазунов. Тем не менее она тоже внесла свою существенную лепту в нескончаемые метаморфозы несчастного "Князя". Русь двенадцатого века обрядили в Россию начала двадцатого. Франческа Дзамбелло превратила Игоря и Ярославну в Николая II и Александру Федоровну, а их отпрыска Владимира - в цесаревича.

Прыжок во времени не оправдан сюжетно - ни исторически, ни музыкально. Для того чтобы выдержать параллель с Николаем и Александрой, постановщик изменил финал оперы: вместо мажора, связанного с возвращением из половецкого плена князя Игоря, в финале звучат трагические мотивы - плач по Руси и ее будущему.

Постановщик Дзамбелло и дирижер Александр Анисимов, как мне кажется, переусердствовали, разделив сцену и музыку. И если спектакль тем не менее не разваливается, то заслуга в этом певцов-солистов. Техасцы поступили мудро, импортировав их из России и "Восточной Европы". И хотя их и нарядили в "не те" костюмы, но голос у них "тот". Заглавную роль поет Сергей Лейферкус, Ярославну - Светелина Васильева, князя Галицкого - Владимир Огновенко, Владимира - Всеволод Гривнов, Кончаковну - Мзия Ниорадзе, а Кончака - Владимир Ванеев. Что сказать об их исполнении? Лейферкус он и есть Лейферкус. Прекрасно звучало сопрано Васильевой-Ярославны - сплав страсти и целомудрия. Гривнов показал себя незаурядным тенором русской школы, а Ниорадзе с ее "томными регистрами" была убедительно темпераментной. Однако, если судить по реакции хьюстонских меломанов, наибольший успех выпал на долю Огновенко-Галицкого. "Как жаль, что его убивают в конце первого акта", - говорили наивные техасцы. Кстати, это один из редких оправданных новых сюжетных ходов. В классическом "Князе Игоре" Галицкий просто исчезает; у Дзамбелло его убивают "вороги".

К сожалению, оркестр и хор были не на уровне солистов (их не вывозили из России и "Восточной Европы").

Несколько слов о знаменитых "Половецких плясках", которые в Соединенных Штатах наиболее популярны из русской музыки и исполняются чаще, чем даже Первый фортепианный концерт Чайковского, прославивший Вана Клиберна. Поставленные Альфонсом Пуленом, они привели в неописуемый восторг темпераментных техасцев. И в этом тоже заслуга "импортных" исполнителей. На сей раз из Грузии. Здесь в первую очередь следует отметить солистов-танцоров Бадри Эсатию и Темура Коридзе. Единственный упрек - местами экзотика становится слишком уж кровожадной.

Рецензент из "Нью-Йорк таймс" пишет, что "Князь Игорь" в хьюстонской "Гранд опера" напоминает "великолепный торс, к которому приладили несколько протезов". С этой афористичной оценкой нельзя не согласиться. К счастью, великолепие торса пересилило. Техасцы принимают спектакль на ура. Им хорошо. Им не с чем сравнивать...