Страна немых

Еще вчера владение иностранными языками было для нас скорее роскошью, чем жизненной необходимостью. Во всех анкетах мы вполне патриотично признавались: "Не владею". Сегодня же, даже отправляясь в магазин, мы нередко вынуждены напряженно вчитываться в чужой текст на этикетке.

Пушкинская Татьяна, как известно, объяснялась Онегину в любви по-французски, ввиду чего сам Александр Сергеевич вызвался перевести ее эпистолярное признание на более родной нам русский язык. И это, похоже, не литературный прием, а исторический факт: дворяне той поры гораздо легче изъяснялись на языке Монтеня и Наполеона, чем на своем исконном наречии.

После Октябрьского переворота ситуация переломилась в корне, причем в худшую сторону. Язык своих предков мы, к сожалению, знать лучше не стали, зато легко утратили былые достижения в области "иноплеменного" языкознания. Судите сами. Сегодня лишь один из ста соотечественников сносно владеет хотя бы одним иностранным языком. Эта обескураживающая цифра Госкомстата (впервые, кстати, обнародованная еще семь лет назад) вновь прозвучала на заседании "круглого стола" в Доме журналиста под названием "Иностранный язык как двигатель карьеры".

С карьерой, впрочем, все понятно: сотрудник "с языком" получает больше, двигается по служебной лестнице успешнее, стабильно дружит с Интернетом, лишен обременительных комплексов и всегда востребован в кругу сослуживцев, а также на рынке труда (международном в том числе). Гораздо сложнее понять, что делать с нашим многострадальным всеобучем: годы идут, одна реформа сменяет другую, лидеры просвещения привычно клянутся, что на сей раз уж точно обеспечат массовое овладение языковыми навыками и стереотипами чужеземной речи всех до единого школьных выпускников, - но воз, что называется, и ныне там.

Хотя есть и явные подвижки: возможно, со следующего года второй язык начнут в обязательном порядке "читать" второклассникам. Новый предмет, во всяком случае, не так давно внесен в национальный стандарт общего образования. Однако что это изменит в принципе?

"В большинстве отечественных школ качество обучения иностранным языкам при вопиющем дефиците кадров остается на критической отметке", - хором твердят специалисты. Проблема из разряда частной, узкобытовой давно переросла в ранг общегосударственной. Ежегодно мы теряем миллионы долларов при закупке оборудования и товаров из-за рубежа по вине "владеющих со словарем" переговорщиков и таких же малограмотных заказчиков отнюдь не дешевой продукции. Неустановленные заводские линии, списанные в корзину компьютеры, вновь отмечаемый медиками всплеск производственных травм - все это тоже входит в стоимость практически тотальной языковой безграмотности населения.

-Почему внешкольные языковые курсы пользуются нарастающим спросом среди граждан? - говорит сотрудник крупнейшего в столице коммерческого Дома знаний для взрослых Ирина Грекова. - Во-первых, 99 процентов наших кадров - иностранцы, преподающие свою родную речь. Мы полагаем, что "сделать" себе язык возможно лишь в общении с его живым носителем. Школе же эта метода не по карману. Вот почему родители и пристраивают своих чад на сторону. И это, право, предосадный парадокс: выходит, что чем хуже работает школа, тем выше социальный рейтинг и доходы частных репетиторов... Тем более странно, что встречу в Доме журналиста не почтил вниманием ни один из представителей наших немалочисленных официальных ведомств. Значит ли это, что в педагогических кругах языковую панику считают преждевременной, а цифры Госкомстата устаревшими? Может быть, люди и впрямь еще только приноравливаются к новым, повышенным запросам нашей коммерческой и повседневной жизни, а официальная статистика не успевает отразить этот процесс?

-Думаю, что это заблуждение, - считает член-корреспондент Академии гуманитарных исследований профессор Игорь Шехтер. - В гигантской стране языковую культуру не поднимешь, уповая лишь на узкий круг людей, работающих на внешний рынок, или же делая ставку на коммуникативный эффект небольшого числа крупных портовых и индустриальных городов. Развитие торговли и промышленности не имеет прямого отношения к росту культуры и образованности общества: это не подтверждается ни фактами жизни, ни научными исследованиями. Скажем, мы очень активно торгуем с Италией. Но кто возьмется утверждать, что уровень знания языка Данте и Петрарки среди людей, купивших итальянский умывальник или портфель, резко повысился?..

По мнению преподавателей ведущих лингвистических вузов, язык, в отличие от математики или истории, нельзя знать чуть-чуть. Либо ты говоришь на нем, думаешь, читаешь свежие новости в Сети, прямо общаешься с другими странами. Либо нет. Конечно, для этого надо вкалывать, ежедневно и подолгу. Но в рамках традиционной классно-урочной системы, где каждому предмету отводятся строго дозированное время и объем заученных глаголов, эту проблему, очевидно, не решить. В этом смысле два часа на иноплеменные слова во втором классе - скорее насмешка над подрастающим поколением. Вспомним, товарищи Пушкина по Лицею вместе ставили и даже придумывали целые спектакли на французском языке, сочиняли стихи и т.д. В нынешней школе все эти вольности стали излишком: государство оплачивает только стандартные уроки, да и то не все!

Вот и приходится частным лингвистам переучивать заново взрослых людей - латать школьные дыры, взимая за это немалые деньги.