Образование за взятку

Сомнительные реформы не спасут вузы от коррупции.

Высшая школа экономики подготовила очередную концепцию реформы образования. Теперь Ярославу Кузьминову с сотоварищами нужны массовый бакалавриат и укрупнение вузов.

Сложившаяся структура образовательных программ, по мнению реформаторов из "Вышки" устарела: в школе детей перегружают ненужными знаниями, зато не обучают полезным умениям. В вузах "все больше слабых преподавателей, они не производят инноваций и инноваторов, не выполняют функцию социального перемешивания". Именно так говорится в докладе "Российское образование – 2020", подготовленном в стенах ГУ ВШЭ.

При этом, правда, забывается, что наиболее бессмысленные и ненужные знания детям приходится давать в процессе подготовки их к бездарному детищу предыдущего этапа образовательной реформы, также выпестованному господином Кузьминовым. Я имею в виду ЕГЭ, который, безусловно, в итоге отменят, но, увы, лишь тогда, когда ущерб, нанесенный этим убогим монстром околонаучной и околопедагогической мысли российскому образованию, будет уже непоправим.

Что предлагается теперь? Предлагается разрешить школам "профилизацию", перевод предметов из обязательного в бесплатное дополнительное образование. Государство должно отказаться от контроля за качеством образовательных программ. Вместо этого необходимо обеспечить предоставление учебными заведениями полной и достоверной информации о себе. По мнению авторов концепции, это приведет к ситуации, когда "больше половины из набора образовательных услуг формирует не педагог или государство, а взрослый человек для себя самого". Вместо общего стандарта тогда возникнет рынок образовательных программ и модулей, а чиновники будут регулировать не стандарты, а результаты деятельности.

Скажу честно, за большинство предложений я проголосовал бы обеими руками. Но очень хотел бы узнать, например, что такое чиновничье регулирование результатов деятельности. Зная отечественную систему образования еще с 70-х годов, я могу представить это только так, как было в советские времена: каждый школьный учитель в конце каждой четверти сдавал отчет о количественных и качественных результатах. В количественном отчете указывалось, сколько учащихся получили по итогам четверти оценку 2 и, соответственно, с программой не справились. В качественном отчете было отражено, сколько учеников получили оценки 4 и 5, то есть показали знания, свидетельствующие о качественной работе педагога. По этим отчетам и учитывались результаты деятельности. В итоге самой урожайной на двойки и тройки становилась четвертая четверть: по ее результатам отчеты не составлялись – в РОНО отправлялись годовые отчеты.

С другой стороны, тот же Кузьминов, безусловно, прав, утверждая, что государство все равно не справляется с контролем за качеством образовательных программ.

Но вот идея о рынке образовательных программ и модулей, когда "больше половины из набора образовательных услуг формирует не педагог или государство, а взрослый человек для себя самого", кажется мне, уж извините, ненаучной фантастикой. Сколько российских школ сможет в ближайшие годы обеспечить учащимся тот набор предметов, о котором говорится в концепции реформы, а главное – высокое качество обучения им? Треть? Четверть? Десять процентов от общего количества? Если так, то зачем огород городить?

Но средними школами планы реформы не заканчиваются. Речь вновь идет о бакалавриате: он должен стать массовым высшим образованием, которое будут получать 2/3 выпускников российских школ. По мнению авторов концепции, он будет менее специализированным, чем нынешнее высшее образование, зато "даст фундамент для гибкого образования в течение жизни". Словом, основой общества должны стать люди, испокон веков считавшиеся недоучившимися студентами.

И вся концепция, как и многие публичные выступления ее авторов в последнее время, стоит еще на одном "ките" – борьбе с коррупцией.

О коррупции в отечественных вузах и школах сейчас говорится много и с удовольствием, вот только есть ли от этого толк? Продавливая обязательный ЕГЭ, представители Министерства образования и науки обещали стране, что это мощное оружие против коррупции как при сдаче выпускных экзаменов, так и при приеме в вузы. В итоге им пришлось срочно замять скандал, произошедший прошлым летом, когда некий ученик выпускного класса накануне сдачи ЕГЭ вывесил в интернете ответы на тестовые вопросы. Тем не менее, недавно, выступая по телевидению, один из членов команды Кузьминова вновь объяснял, что ЕГЭ убивает коррупцию.

Ничего, на самом деле, ЕГЭ не убивает. Происходит лишь перераспределение денежных потоков из одних карманов в другие.

Что касается коррупции в вузах, приведу всего лишь два примера, не называя учебные заведения, которые, увы, не являются единичными исключениями.

На днях одна знакомая автора этих строк, получившая в советские времена образование в престижном ныне институте, объясняла, что ее дочь, заканчивающая в этом году школу на отлично и рассчитывающая пойти по материнской стезе, судя по всему, не поступит. Нет, она, как положено, занимается с преподавателями из этого вуза. Но итоговая сумма, которую надо заплатить (речь идет о 35 тысячах евро для гарантированного поступления на бесплатное отделение и 15 тысячах – на платное), для семьи на сегодняшний день неподъемна. Нужно годик подождать.

А несколько лет назад другой знакомый рассказывал мне, как к ним в контору пришли на работу два выпускника вполне престижного московского вуза. Очень быстро выяснилось, что обоих надо обучать некоторым элементарным вещам, входящим в вузовскую программу. На вопрос, как же вы сессию с такими знаниями сдавали, один из молодых людей честно ответил: 300 долларов – и сессия. При этом он старался убедить своих сослуживцев, что без трехсот долларов сессию не сдать и с хорошими знаниями.

Даже если не верить до конца этим историям, ясно, что коррупция процветает на нашей системе образования. А теперь маленькая деталь: рядовой преподаватель получает в вузе (во всяком случае, одном из тех, о которых шла речь) оклад в 3600 рублей. И при этом имеет широкие возможности для резкого увеличения своих доходов.

Между прочим, когда речь заходит о частных вузах, столь типичных примеров коррупции не наблюдается. Может быть, там люди гораздо честнее? Боюсь, что те же самые. Там система несколько иная: деньги можно честно заработать.

Да, российское образование надо реформировать. Мы уже значительно отстаем по уровню выпускников средних школ от развитых стран мира.

Российские университеты за последние 10 лет выбыли из рейтинга 200 ведущих университетов мира. Там остался один МГУ. Наши места заняли австралийские, новозеландские, а в последнее время и китайские университеты. Но любые реформы должны действовать по старинному принципу: главное – не навреди. Мы уже ударили по будущему страны залпом ЕГЭ. Может быть, пора прекратить безумные эксперименты?

Никакая борьба с коррупцией в вузах не будет успешной, если преподаватели останутся нищими. Лишь когда их официальные зарплаты смогут гарантировать им нормальную обеспеченную жизнь, с них можно будет что-то требовать. Пока такую жизнь гарантируют лишь неофициальные доходы, ничего требовать нельзя.

Не стоит и в обязательном порядке укрупнять вузы: во Франции же не собираются пока вновь собрать в единое целое Сорбонну, хотя она как единый университет существовала со средних веков до конца 60-х годов ХХ века.

Наконец, пора понять, что выстроенная на Западе система бакалавр – магистр создавалась веками. Ввести ее к 1 сентября в декретном порядке – значит уничтожить сложившуюся в стране систему высшего образования. За рубежами СССР к дипломам бакалавров приравнивались дипломы советских техникумов. Сейчас техникумы стали колледжами, так пусть бакалаврами будут их выпускники. Для вузов должна существовать своя четкая и хорошо продуманная система. И пусть она будет не вполне соответствовать Болонскому процессу, "неприятность эту мы переживем". Главное, чтобы она соответствовала традициям российской высшей школы, заложенным еще при Петре Великом. А там уж точно не погибнем.