Необязательное сумасшествие

Помните такую детскую игру, когда несколько человек мечутся по кругу, пока звучит музыка. Как только она обрывается, все падают на свободные стулья. Кому -то всегда не хватает. Он либо выходит из игры, либо должен выполнить совешенно невообразимое задание (походить на голове, закричать петухом). Вам не кажется, что это - необычайно сложная и простая модель мира? Те, кому не хватило места по солцем, на стульчике - должны либо умереть, либо - сойти с ума и стать шутом, выполняя "задание" окружающих?

У казахстанского театра "АРТиШОК"нет режиссера. "Мы сами себе режиссеры". У них нет декораций, вместо костюмов - балахоны, вместо спектакля - игра в"стульчики". Тем не менее, все они "вышли из народа" - у каждого за плечами десять лет работы в классической драме. Им тоже в свое время не хватило "стула", вернее все эти люди, видимо, отказались играть в "стульчики". И театр сошел с ума. Больше всего сумасшествие, просходящее на сцене и именуемое "Zip-zap и не слова о метле", походило на "чепуховинки" Хармса. Утреннее пробуждение человека, отправная точки сумасшествия начиналась с звука шаркающей метлы. Впрочем, про нее ни слова.

А слово про "Мимолет". Актеры вышли на сцену. И молча тревожно вматривались в зрителей. Вдруг все достали "мимолетовские" бэйджики и прикололи на грудь. Как медали, как ордена, как признак особого сумасшедшего отличия. Причастности к братству. И зал засмеялся, признав своих. А это так важно для молодого театра из далекого Казахстана.

А потом кому-то не хватило стула. Все расселись на места, актеры и зрители, а один - в центре внимания, напряженных и задумавших что-то глаз. Неправда ли, когда на тебя смотрят, ты становишься кем-то иным, теряешь себя и начинаешь совершать то, что желают другие?

Вокруг начинается сонное сумасшедшее бормотание - клокочут голуби, раздаются обрывки песен, крики. А человек начинает разыгрывать свое персональное одинокое сумасшествие, помноженное на волю толпы. Например, обжорство, когда человек съедает все, вплоть до ботинков. Всепоглощающее обжорство, тем не менее, весьма симпатичное и даже милосердное - последние крошки обжора все-таки отдает голодным мышам и голубям.

А еще стула явно не хватает тиранам всех мастей. Единственное слово "зип-зап" звучит в устах сошедшего с трапа самолета (читай - с небес) тирана. Он говорит его подчеркнуто вежливо, так по-путински, немного сумасшедшим голосом - по-жириновски и наконец срывается до истеричного крика Гитлера. А собственно, далеко ли наашим правителям до Адольфа? Далеко ли нам всем до него. Одно только слово - "зип-зап"! Чудесный сезам в сумасшедший мир.

А еще все сумасшедшие не имеют дома (стула? пристанища?). Потому на протяжении всего спектакля рефреном - шум поезда. Да и сама жизнь - это поезд, где человек все время с случайными попутчиками, которые не злые и не добрые, а просто - проходящие. А потому - сумасшедшие. Звенят обрывки чьих-то песен, но они не твои, потому что ты - проезжающий. И через бормотание сотен голосов слышится отчетливое: "Сядьте! Садитесь же! Молодой человек, зайтиме свое место!". А где оно, твое место? Не знаешь, потому и все закона. На какое место не сядь - все чужие. Да и может ли быть в поезде персональное место? Все билеты выдаются только на одну поездку, величиной в жизнь. Получается, что больше всех знает о мире человек без места, ведь он-то гуляет по всему поезду и даже может сойти, если захочет! Сумасшедший.

И даже любовь происходит на рельсах. Два стула на краю сцены опасно свешиваются в провал зала. Это тесное, слишком тесное купе. Он - актер, сумасшедший. Она - поднятая на грань сцены и зала, вымысла и реальности женщина. Просто женщина из зала, попавшая в мир спектакля. Случайная любимая, всего на пять минут. Случайная попутчица, которая будет вспоминать этот вагон и этот спектакль еще очень долго. Неправда ли, так хорошо иногла терять и свой стул и почву под ногами?

Впрочем, все будут помнить это странное вечернее сумасшествие, без начала и конца. Словно из нашей жизни вырвали один вечер и посвятили его необязательному схождению с ума. Так, в порядке профилактики, нам показали, что мир может стать немного другим, если прознести волшебное слово "зип-зап" и не вспоминать, что утро начинается с обязательного шуршания метлы по асфальту.

ps.Кстати, кто вам сказал, что все происходившее было действительно спектаклем? Встаньте со стульчика! Ребята, по их собственному признанию, признают только один пока непризанный жанр - импровизацию. Так что неизвестно кто кому показывал спектакль. Это мы действоали по четко заученному плану - пришли сели, сделали постные лица, обменялись дежурными фразами и по команде захлопали в конце. Встали и ушли. А они делали то, что хотели. Так был спектакль или нет? Кто играл-то?