Наш человек в нашей Германии
Умер Маркус Вольф, наш человек в бывшей нашей Германии. Остававшийся нашим и после того, как Германия оказалась уже ненашей. И несмотря на откровенное предательство нами таких же, как и он, наших. Умер 9 ноября – спустя ровно семнадцать лет после того, как пала Берлинская стена. То есть в день, когда наша Германия фактически перестала быть нашей. Символичная дата смерти не менее символичной личности.
ГДР, или наша Германия, – это вовсе не аннексия части побежденного государства на правах победителей. Это, скорее, воплощение мечты о другой, своей Германии после того, как дважды за один век чужая Германия покушалась на нашу страну. И мы создавали такую новую Германию, как всегда, в свойственной нам имперской манере, напрочь выбросив из памяти какие бы то ни было претензии и обиды. Да, жестоко наказывая за любые проявления нелояльности, но и наделяя ГДР (как, впрочем, и весь свой новообразованный «восточноевропейский диоцез») невиданными для собственной коренной территории свободами и преференциями.
К слову, наши союзники тоже создали как бы свою Германию. Но вот именно что «как бы». Еще не закончилась война, а мы уже предупредили «товарища Эренбурга» о недопустимости любых германофобских «упрощений». И выпестовали, взрастили и воспитали нашу Германию – словно ту самую немецкую девочку, которую бережно держит на руках советский воин-освободитель в берлинском Трептов-парке. И не унижали национального достоинства своих вчерашних лютых врагов, ныне превратившихся в компатриотов по общей империи. Чего не скажешь о другой Германии – как бы своей для других ее победителей.
ГДР стала самым западным форпостом нашего присутствия в разделенной на два лагеря послевоенной Европе. И потому наиболее продвинутым в смысле возможностей получения разведывательной информации о положении дел к западу (в широком смысле) от Берлинской стены. Без малого тридцать лет эти возможности во многом обеспечивал в качестве главы разведки ГДР Маркус Вольф. Таких возможностей у нас теперь нет, и вряд ли когда еще они появятся.
Победа в Великой Отечественной отнюдь не гарантировала нам непоколебимого геополитического превосходства. Она лишь создала для него условия, которые можно было с толком использовать или, напротив, транжирить и разбазаривать. Равно как и поражение в холодной войне вовсе не «стерелизовало» героику многих, очень многих людей, благодаря которым наша империя, несмотря на свойственные ей несуразности, смогла в течение полувека выдерживать напряженное конкурентное противостояние с Западом. И среди таких людей был Маркус Вольф.
