Воистину эксцесс. Квазирелигиозный кинопраздник от Пазолини

55 лет назад был снят фильм «Евангелие от Матфея».

Иисус Христос рождается, мужает, проповедует, завладевает умами и умирает самым скандальным образом, чтобы с еще пущим эпатажем воскреснуть и необратимо изменить весь ход мировой истории. На протяжении всей недолгой Иисусовой жизни окружающие его люди поют и смеются, как дети, поневоле заставляя зрителя обнаруживать бездны смысла в дотоле загадочном выражении «быть в присутствии бога».

Наиболее извилистый из итальянских режиссеров, Пьер Паоло Пазолини от века вызывает недоумение и отвращение у всякого излишне здорового брюзги-обывателя. Атеист, коммунист, эстет, поэт и педераст – смесь, вестимо, гремучая, какой-то заведомо невыносимый клубок радикальных идей, средоточие всех пороков, а не кинорежиссер.

Одной из лучших работ П. П. П. следует признать короткометражку «Овечий сыр», за которую набожные итальянские власти прижучили насмешника по полной, после чего он, будто в издевку, снял самую ослепительную христианскую ленту на свете.

Более чарующей биографии плотника из Назарета не создано по сей день – и дело банально в том, что за библейские мотивы обычно берутся насупленные богомольцы и прочие праведники от изящных и не очень изящных искусств. Пьер же Паоло польстился не на проповедь, а на красоту, на чисто литературное значение Евангелия.

Позже Пазолини поставит свою знаменитую «трилогию жизни» – и тогда все станет на свои места: Библия для этого энергического визионера просто-напросто стоит в одном ряду с «Тысячью и одной ночью», «Кентерберийскими рассказами» и «Декамероном». Пазолини пока единственный режиссер, осиливший сразу несколько неподъемных литературных колоссов – именно тем он и велик.

А конкретное величие «Евангелия от Матфея» кроется прежде всего в перманентной жизнерадостности, струящейся по кадрам этого фильма. Странно, но своей пыльной сепией картина Пазолини формально схожа с мрачнейшим «Королем Лиром» Козинцева – и в принципе можно очень легко себе представить жизнеописание Иисуса, реализованное именно что в маниакально-депрессивном ключе.

Однако от Нового Завета образца 1964-го остается совершенно пасхальное, по-весеннему легкое настроение – и даже самый ярый атеист после этого фильма согласится с репликой из комедии «Догма»: «Иисус – свой парень».