Всё было наяву. Скончался Джон Эшбери

3 сентября в своём доме в городе Гудзон, штат Нью-Йорк, США в возрасте 90 лет ушёл из жизни выдающийся американский поэт-авангардист, переводчик, лауреат Пулитцеровской премии Джон Эшбери.

Америка, как правило, не ассоциируется с высокой поэзией. Джон Эшбери, воспитанный, по его словам, на стихах Одена, Стивенса, Пастернака и французских сюрреалистов – одно из немногих исключений.

Будущий поэт родился 28 июля 1927 года в Рочестере, штат Нью-Йорк, США. Окончил Гарвард, затем учился в Нью-Йоркском и Колумбийском университетах. В 1955 году получил Фулбрайтовскую премию и уехал во Францию. В США вернулся в 1965 году. Преподавал словесность в различных колледжах, участвовал в поэтических чтениях, организованных Энди Уорхолом, выступал как художественный критик, считался одним из ведущих искусствоведов страны.

Творчество Эшбери оказало огромное влияние на американскую и восточноевропейскую поэзию. В 1975 году за поэму «Автопортрет в выпуклом зеркале» он получает Пулитцеровскую премию. Кроме того, он стал первым писателем, который смог, как говорят в США, выиграть «тройную корону», то есть в один год забрать три премии: Пулитцеровскую, Национальную книжную и Национального круга книжных критиков.

Джон Эшбери – автор множества переводов произведений зарубежных авторов на английский язык. Его стихи также переведены на многие языки мира. Россиянам они известны в основном благодаря переводам Яна Пробштейна и Антона Нестерова:

На мгновение: мы успели поймать
дух того, что уходит. Успели всё это
запомнить. Паутинки над взморьем,
по ветру. Девчушка, отваги полна,
говорила где облак, а где паутина – всё это загадочно
и субъективно. Позже паутинки всплывали,
как саван, над цементными снами, где жизнь и такси.
Что ж, вполне ожидаемо, так и бывает
с тем, что себя исчерпало, а после –
вернулось, как память. А лучшего
мы не видали. Слишком быстро июль миновал.

***

Все было наяву,
Хотя и с мукой, но эта боль проснувшейся мечты
Вовеки не сотрёт начертанного на ветру эскиза,
Мной избранного, предназначенного мне
И плоть обретшего в обманчивом свеченье
Моей квартиры.

***

Жизнь становится проще и проще:
Вот добро, а вот зло; зло – и пакость. Иного, считай, и не знаем.
Оскомина помогает не задумываться.

Фото: nytimes.com