Еще несколько слов о пагубном/чудодейственном влиянии окружения
Уверена, многим знакома история про Джошуа Белла, одного из лучших скрипачей мира. Пять лет назад он провел эксперимент: в вашингтонской подземке исполнял сложнейшие и великолепнейшие произведения на скрипке Страдивари 1713 года.
За два дня перед выступлением в метро на его концерте в Бостоне, где средняя стоимость билета составляла $100, был аншлаг. За 45 минут игры Белла в подземке только 6 человек ненадолго остановились и послушали, еще 20, не останавливаясь, бросили деньги. Заработок музыканта составил $32.
Спустя 2 года не менее искусный скрипач Рено Капюсон повторил эксперимент Белла на станции парижского метро, исполняя мелодию Глюка из «Орфея и Эвридики» на скрипке Гварнери. Мимо него равнодушно прошли 18 тысяч человек, и Рено собрал урожай в несколько евро.
Им рукоплещут многотысячные залы во всем мире. Но окружение в метро на 99,9% не способно ни оценить их великолепной игры, ни даже просто заметить.
И я спрашиваю вас: зачем нам такое окружение? Бегущее на свои супер-важные встречи, о которых почти все из них забудут уже завтра? Работающее над своими супер-значительными проектами, не оставляющими ни малейшего места прекрасному, даже когда оно у тебя прямо под носом?
Хорошо помню мультфильм из детства про скрипача, играющего эту мелодию Глюка, и тигра, который сначала хотел съесть музыканта, но заслушался и под воздействием небесной музыки снял с себя полосатую шкуру и рыдая набросил ее скрипачу на плечи. У меня тоже текут слезы всякий раз, когда слышу эту мелодию. Но, верите, я правда не знаю - а я бы остановилась?
Сотни экспериментов, в том числе гораздо более сложных и проводимых учеными, показывают нам, что человек сам по себе ничто. Что у него практически нет собственного мнения. Окружение определяет буквально все: что он ест, как одевается, кем и каким будет.
Тенденции к конформизму (конформизм — изменение поведения или убеждения в ответ на групповое убеждение) обусловлены эволюцией. Вероятно, природой предполагалось, что поведение большинства самое разумное и лучше всего для выживания. Но, сдается мне, сегодня это перестало быть так. Наоборот, тенденция следования за тем большинством, которое мы имеем, определенно грозит гибелью всего живого.
Проиллюстрирую феномен конформизма парой примеров.
Исследования Эша Соломона (1951 год), ставшие классикой. Испытуемый оказывался в группе из шести человек. Каждый из них на вопрос, какая из трёх линий идентична по длине линии X, давал неправильный ответ. Когда очередь доходила до испытуемого, то, несмотря на очевидность их ошибки, он соглашался с ними. Только 26 процентов участников эксперимента выбирали правильный ответ.
Ученые из института Вейцмана, Израиль, установили, что человеческий мозг заменяет даже собственную память «фактами», навязанными группой. Испытуемым показали фильм, а через пять дней они ответили на 400 вопросов по содержанию, отмечая степень своей уверенности в ответе. Затем взяли от каждого по 80 правильных ответов с высокой степенью уверенности – т.е. ответы, отражающие реальную информацию, отложившуюся в памяти каждого. И через пару дней предложили ответить на те же 80 вопросов, но видя при этом неправильные ответы якобы других членов группы (эти ложные ответы подготовили сами исследователи). Результат: под давлением «общественного мнения» испытуемые изменили свои первоначальные ответы, подогнав их под «ответы других» – и в среднем на 70 из 80 вопросов дали неправильные ответы.
Спустя еще несколько дней испытуемым предложили ответить на те же 80 вопросов еще раз. Им также демонстрировали другие ответы, предупредив, что они выбраны произвольно компьютерной программой. В результате на 40% вопросов респонденты дали те же неверные ответы, которые были навязаны им ложной «коллективной памятью» – т.е. ложные «воспоминания» закрепились в мозгу в качестве истинных.
А вот выходец из России, нейробиолог Университета Базеля (Швейцария) Василий Ключарев (учился и защищался у Н.П.Бехтеревой), недавно представил на лекции в Политехническом музее обзор новых методов исследования мозга. В одном из исследований команда Ключарева наоборот решила сделать из испытуемых нонконформистов. Для этого магнитным полем они подавили в мозге сигнал ошибки (ту область, которая вовлечена в его генерацию). В результате добились того, что испытуемые стали реже менять своё мнение в сторону мнения группы.
Остановилась бы я? А остановились бы вы, дорогой читатель? Ответ «да» можно дать с уверенностью только в случае, если остановились бы МЫ. Вместе. Большинством. Будучи друг для друга правильным окружением. Сможем ли прийти к этому сами? Или на первых порах придется подавлять в мозге сигнал ошибки магнитным полем?
Юлия Чемеринская
Интернет-газета
