Как китайские врачи побеждают ДЦП
Родители везут лечить детей за границу, но закон не позволяет оплачивать затраты из «материнского капитала». «Известия» разбираются в проблеме на месте.
В реабилитационном отделение Харбинской городской больницы, среди врачей и медсестер-китайцев сплошь русские лица. «С каждым годом приезжающих из России становится все больше – в этом году поток в два раза больше, чем в прошлом», - говорит переводчик Сергей Пономарев, он помогает нашим мамочкам с детьми попасть на лечение к нужному доктору.
Наталья Казанцева из поселка Новобурейский Амурской области работала санитаркой в интернате для тяжело-больных с детей с умственной отсталостью, большинство из которых – лежачие, получала 6 тысяч рублей в месяц. Когда она была на восьмом месяце беременности, у нее заболел живот и Наталья пошла к врачу. «Все в норме, можешь работать», - сказал ей гинеколог. Наталья вышла в ночную смену. Из интерната ее забрали с кровотечением, у женщины начались преждевременные роды.
Даша родилась недоношенной. Сейчас ей 3,5 года, у Даши детский церебральный паралич.
ДЦП – основная причина детской инвалидности, по данным статистики, в России почти 100 тысяч детей с диагнозом ДЦП.
Все, что Наталье удалось за все эти годы получить от государства – несколько бесплатных десятиминутных массажей в рамках индивидуальной программы реабилитации (ИПР) ребенка-инвалида. Да еще заказали специальную бесплатную обувь – на весь Дальний восток ее делает всего одно предприятие.
«Когда ботинки придут, Даша их вряд ли сможет надеть – уже малы будут», - говорит Наталья. Еще ей положены памперсы, но Даша ими давно не пользуется, и Наталья от такой помощи отказалась. Врачи сами сказали ей: бери Дашу и езжай в Китай, если ее и поднимут на ноги, то только там.
Наталья написала Путину: «Прошу разрешить мне использовать материнский капитал на лечение дочери за границей», и приложила кипу медицинских документов. Ответ пришел быстро, но не тот, который ждали: «разрешить не можем, не положено». Правда, сообщили Казанцевой, такой законопроект действительно поступил в Госдуму, но когда он будет принят, неизвестно. Муж Натальи, работающий сварщиком, на лечение дочери взял ссуду в банке.
Благовещенск, Комсомольск-на-Амуре, Петропавловск-Камчатский, Амурская область – кажется, здесь собрались дети-инвалиды со всего Дальнего востока. Даше Казанцевой ставят иголки в голову – она в Харбине уже второй месяц. А потом, после усиленного массажа и занятий специальной физкультурой, девочку на полчаса погружают в ванну с гидромассажем и сбором целебных трав.
Лизе Андриановой из города Свободный в Амурской области – год и девять месяцев, она в Харбине уже три месяца. «Неврологические дети – брошенные дети, - говорит ее мама Елена. – Все, что нам могут предложить на родине – лишь за бешенные деньги, к тому же с нулевым эффектом».
Диагноз ДЦП в России детям ставят в год, предлагая родителям оформить инвалидность, с трех лет детям положено раз в год лечение в санатории. В Китае реабилитацию начинают в первый же месяц после рождения. Преждевременные роды, недоношенность, гипоксия плода, ядерная желтуха – по мнению китайских врачей, все это повод начать срочную реабилитацию.
Самому маленькому пациенту доктора Ван Исиня (русские мамы называют его Юрой) было 11 дней. Доктор Юра ставил ему иголки и делал массаж головы – тот мальчик уже учится в обычной школе и ничем не отличается от сверстников.
«К сожалению, из России к нам приезжают уже очень запущенные дети, - говорит д-р Ван Исин «Известиям». – Ужасно обидно, что столько времени потрачено впустую и чтобы их реабилитировать, потребуются месяцы, а то и годы – при том, что если бы их лечение начали до года, то речь шла бы о неделях». Разговаривая с нами, доктор Юра массирует голову годовалому малышу.
«Видите, какая у него еще мягкая голова?» – он берет мою руку и тычет палец в нужную точку. Палец проваливается в детскую головку, как в масло. «Компенсаторная функция детского мозга очень сильная – функцию поврежденных клеток берут на себя здоровые, но для этого требуется внешняя стимуляция, массаж, при котором идет воздействие на меридианы», - поясняет доктор. Дети переносят его легко, этот метод считается в китайской традиционной медицине очень эффективным и не травмирующим.
«У нас была трехлетняя Аня из России – она не ползала, ни сидела, ни одного звука не произносила. После двухлетней реабилитации, Аня не только стала ходить, но и заговорила по-китайски», - гордится успехами девочки заведующая реабилитационным отделением Харбинской городской больницы доктор Ван Янь.
Елена Андрианова пыталась сначала получить помощь от Минздрава в России, а потом поняла, что действует лишь во вред ребенку. «У меня не было времени ждать ответов от чиновников по 1,5 месяца, а потом тратить еще годы на их обжалование. Или ждать год, пока соцзащита даст нам путевку в санаторий», - рассказывает Елена. Андриановы продали, что могли, заняли денег у друзей и теперь полгода будут лечиться в Китае. «Лиза уже сама сидит на горшке, - радуется Елена. – У нас хороший прогноз, поэтому будем лечиться здесь, пока хватит денег».
Лечение ДЦП в Китае стоит в среднем $50 в день, меньше трех месяцев лечиться не имеет смысла, сразу предупреждают врачи. В России месячный курс обходится в 100-120 тыс. рублей, это сопоставимо с трехмесячным курсом в Китае. К тому же дальневосточникам добраться в Харбин или Далянь на порядок дешевле, чем в Москву или Питер, где находятся лучшие реабилитационные центры.
«С 2012 года у нас будут выхаживать детей с экстремально низкой массой тела – от 500 до 1000 граммов – говорят, что это прорыв, мы догнали Европу, - говорит Ольга, мама Гриши Воропаева (ему 1 год и 10 месяцев) из Красноярска. – Но почему-то никто не объясняет, что потом родителям с такими детьми делать? При существующей системе реабилитации это значит обречь на ужасную жизнь не только этих спасенных детей, но и их семьи».
Гриша был долгожданным ребенком. Родился он недоношенным, в роддоме отделения патологии новорожденных не было, и малыша везли через весь город. «Мы уже побывали везде, где только можно, мы постоянно лечимся в России, но успехов, увы, мало. Осталась одна надежда – на китайскую медицину», - говорит Ольга.
«Дети с ДЦП – самая многочисленная и самая проблемная группа пациентов, на них тяжелее всего собирать средства», - говорит Людмила Шахматова из фонда Помоги.орг, который занимается реабилитацией детей-инвалидов. Помощь, которую оказывает государство таким детям, мягко говоря, недостаточная, считает она.
«Таким детям нужно 3-4 месяца серьезнейшей реабилитации каждый год, это знает любой врач, но к нам обращаются родители детей с ДЦП, которые за 18 лет ни разу не смогли получить направление на лечение! – говорит Шахматова. – Так же раз в пять лет положена инвалидная коляска, их тоже дают, но они тяжелые и быстро ломаются. Но одному действительно подойдет коляска за 18 тыс., а другому ребенку нужна за 200 тыс., с фиксаторами и ремнями, чтобы ребенок мог в ней сидеть – но все равно всем дают коляски за 18 тыс.».
Практически ни один фонд не работает с китайскими клиниками и не оплачивает там лечение детей. «Мы знаем, что в Китае хорошие результаты, и жителям Дальнего востока действительно там дешевле лечиться, но счета оттуда не пропустят ни налоговая, ни валютный банковский контроль, требования у них просто зверские», - поясняет Шахматова.
С другой стороны, хорошие реабилитационные центры есть и в России, и в Украине, и в Польше, говорит Светлана Денисенко из фонда «Наши дети», который тоже оказывает помощь детям, больным ДЦП. «Таких детей становится все больше, а денег на них выделяется очень мало, все, что касается помощи от государства – это просто ужас. Если бы у нас детям больным ДЦП проводили по 3-4 полноценных реабилитационных курса в год, результаты были бы не хуже, чем в Китае», - уверена Денисенко.
Даше Казанцевой иглоукалывание и массаж у китайского доктора Юры идет явно на пользу – в 3,5 года она читает по слогам и ходит с мамой за ручку. Если бы она осталась в Харбине еще на три месяца, результаты были бы еще лучше, считают врачи. Но чтобы заплатить за этот курс, ее родителям придется пять лет отдавать деньги банку. Те же, кто лечится в России и ближнем зарубежье за счет благотворительных организаций, уже записываются в очередь на реабилитацию на осень следующего года.
Елизавета Маетная, Александр Мельников, Благовещенск-Хэйхэ-Харбин
