Дракон и амеба
В сентябре, на встрече в Нью-Йорке, президент России Дмитрий Медведев и глава КНР Ху Цзиньтао подписали программу сотрудничества на 2009-2018 годы. Новость об этой программе, опубликованная в «Ведомостях», наделала много шума.
Все испугались, что Россия становится сырьевым придатком Китая: сырье (каменный и бурый уголь, железо, золото, марганец, молибден) планировалось добывать в России, а обрабатывающие производства создавать в Китае. Электроприборы — в Хэйлунцзяне (это рядом с амурской областью), в Цзилини — автомобили (это рядом с Приморьем). В Ляонине (Южная Маньчжурия) — силовые трансформаторы, и т.д.
Кроме того, китайцы якобы готовы создавать деревообрабатывающие заводы на территории России, но при условии, что на этих заводах будут работать китайские рабочие, пользующиеся, де-факто, привилегиями экстерриториальности.
Не так страшен черт, как его малюют: большинство месторождений, намеченных к освоению, очень сложны, а китайцам там предлагают миноритарную долю. Льготных виз китайцам тоже пока не собираются предоставлять. Более того: в Кремле Китая клинически боятся. Там любят теории заговора и зачитываются апокалиптическими пророчествами Александра Храмчихина о том, как Китай расчленит Россию.
Проблема заключается в том, что пророчества эти — самосбывающиеся, как в случае с царем Эдипом. Царь Эдип очень боялся убить собственного отца и переспать с собственной матерью, и именно так оно и случилось.
Китай в настоящий момент является единственной колониальной державой в мире. Он ведет себя так, как вели себя Великобритания или Голландия не в XX веке, на пенсии, а так, как эти державы вели себя во время расцвета и победоносной экспансии.
Китай скупает природные ресурсы за рубежом. При этом Китай руководствуется тремя простыми правилами. Первое: Китаю нужно только сырье. По понятным причинам ему не нужны рабочие руки, и он не создает в своих сырьевых придатках обрабатывающих производств. Второе: сырье покупает китайское государство или компании, неразрывно с ним связанные. Если внутри страны Китай предоставляет безграничную свободу частному, в том числе иностранному, капиталу, то в деятельности за рубежом каждый частник считается представляющим интересы Китая и пользуется непосредственной поддержкой его дипломатов и послов. Третье: Китай не учит африканских диктаторов и южноамериканских президентов правам человека и охотно покупает не только месторождения, но и вышеуказанных диктаторов.
Иначе говоря, Китай действует, как европейцы в XVIII-XIX вв. действовали по отношению к отсталым странам, в том числе самому Китаю. Китай подражает Европе — но не одряхлевшей и озабоченной правами человека, а Европе времен ее побед и экспансии.
Проникновение иностранного капитала или иностранных рабочих есть плюс для сильной страны и минус для слабой. Когда в XVIII веке английский капитал финансировал предприятия в Голландии, в этом не было никакой опасности для Голландии. Когда в том же XVIII веке английский капитал проникал в Китай, в этом была большая опасность для Китая.
Когда китайцы приезжают в Америку или Китай инвестирует 2 млрд долл. в перуанские рудники в Торомочо, в этом нет ни малейшей опасности ни для США, ни для Перу. Когда Китай проникает в российский регион, где губернатор запуган ментами, а менты куплены бандитами, то рано или поздно губернатора, ментов и бандитов перекупят оптом.
Желание слабой страны «не пущать иностранцев» в данном случае ничему не служит препятствием. Наоборот.
Возьмем, к примеру, историю того же Китая. В начале ХХ века Китай был де-факто оккупирован крупнейшими мировыми державами: Великобританией, США, Францией, Россией.
Это было вовсе не потому, что китайское правительство хорошо относилось к иностранцам. Наоборот, императрица Цы Си к иностранцам относилась крайне плохо и скрыто поддерживала восстание ихэтуаней. Проблема заключалась в том, что Китай в этот момент представлял собой failed state. Императрица Цы Си в первую очередь была занята обеспечением легитимности своей власти, а качество чиновников было ниже всякой критики. Они ненавидели иностранцев, но охотно брали от них взятки.
Россия времен Путина очень походит на Китай времен императрицы Цы Си. Проблема не в том, что в страну пускают колонизаторов: их как раз не пускают и отношение к ним самое плохое.
Проблема в том, что единственным заслоном на пути колонизаторов является здоровая экономика и нормальное управление страной, а в России нет ни того, ни другого.
Возьмем, к примеру, Дальний Восток. Его экономика до кризиса заключалась в экспорте рыбы, леса и металлолома и импорте подержанных иномарок. Какие меры приняты Путиным после кризиса в отношении Дальнего Востока?
Правительство де-факто запретило импорт иномарок в надежде улучшить дела АВТОВАЗА, который контролируется другом Путина Сергеем Чемезовым.
Правительство ввело запретительные пошлины на экспорт леса-кругляка, потому что в Кремле решили, что в таком случае в России будет развиваться деревообрабатывающая промышленность. Потом пошлины отменили, но было уже поздно: освободившуюся рыночную нишу занял лес из Африки и Бразилии. Оказалось, что китайский рынок нужен России куда больше, чем Китаю нужен российский лес.
Правительство предписало экспортировать железный лом только из находкинского морского порта, возможно, потому, что этот порт теперь контролирует тренер Путина по дзю-до Аркадий Ротенберг.
Правительство потребовало растаможивать рыбу перед экспортом; грубо говоря, плавбаза в Охотском море, которая ловит минтая, сейчас должна вернуться во Владивосток, выгрузить минтая на берег и подержать его там пару недель, на пристани, пока таможня соизволит обратить на него внимание. Реалистичность и спасительность подобной меры предоставляю читателям оценить самим.
В какой-то момент Кремлю стало ясно, что эти и подобные меры вряд ли способствуют процветанию Дальнего Востока, и Кремль решил провести во Владивостоке Азиатско-Тихоокеанский саммит. Саммит решили провести на острове Русский и с этой целью построить на остров мост.
Тендер на мост ценой 1 млрд долл. и пропускной способностью 50 тыс. машин (на острове живет 3 тыс. человек) выиграла компания, близкая к Москве и не имеющая ничего общего с бизнесом Приморья.
После того как эксперты заметили, что в стране, где до сих пор нет асфальтированного шоссе, связывающего Владивосток с Москвой, сооружение моста пропускной способностью 50 тыс. машин на остров, где живет 3 тыс. человек, не имеет смысла, Кремль решил построить на острове университет за 10 млрд долларов. На вопрос «а кто будет учиться в этом университете?» в Кремле отвечают: китайцы. Тот факт, что китайцы давно учатся в Гарварде и Йеле, сторонников траты 10 млрд долл. не волнует.
При этом мост на остров Русский вряд ли будет построен к 2012 году. Когда стало ясно, что строители не успевают закончить мост в срок, подряд попытались отдать… китайцам, но те отказались: не успеют.
Таков уровень государственного менеджмента в России. Таков уровень Кремля, который не приемлет и боится всего, что находится за границей, но при этом в своей повседневной жизнедеятельности не способен руководствоваться ничем, кроме хватательных инстинктов амебы.
При таком уровне государственного менеджмента можно делать все что угодно: запрещать инвестиции, кидать иностранцев, рассуждать на берегах озера Селигер об особой избранности России.
Но очевидно, что настанет момент, когда Кремлю понадобятся иностранные инвестиции и иностранные технологии для того, чтобы добывать нефть и газ на принадлежащих ему месторождениях. Китайцы смогут предложить технологии и инвестиции на тех же условиях, на которых они предлагают их африканским диктаторам, то есть на условиях отката. Запад не сможет выдержать в этом вопросе конкуренции с Китаем.
Кому достанется Дальний Восток, зависит не от силы Китая. Это зависит от слабости России. Китайские деньги и китайские иммигранты не угрожают ни Австралии, ни США, потому что это сильные государства. Иностранные деньги и иностранные иммигранты укрепляют сильное государство и ослабляют слабое.
Российским областями, прилегающим к Китаю, при Путине грозит та же участь, что китайским провинциям, прилегающим к России, при императрице Цы Си. Слабые коррумпированные чиновники, ненавидящие иностранцев, но получающие от них взятки. Беспомощное нищее население, ненавидящее иностранцев и даже при случае устраивающее погромы, которые влекут за собой сокрушительный ответный удар и фактическую оккупацию территории.
До тех пор, пока Кремль ведет себя так, Россия обречена. Но, по счастью, как показывает пример той же императрицы Цы Си, ничто не вечно под луной. Цы Си проходит, а Китай остается. Путин пройдет, а Россия останется, и когда-нибудь в ней появится власть, занимающаяся страной, а не собственными офшорами. Россия слишком великая страна, чтобы помереть от амеб.
