Прослушка: бизнес и ничего личного

Две новости за месяц о прослушке – приказ Минсвязи о перехвате почтовых сообщений и призыв что-то сделать со Skype от лица российских операторов, в общем, достаточно хорошо иллюстрируют две вещи.

Во-первых, битва общественности против неконтролируемой прослушки проиграна и проиграна не сегодня. Во-вторых, она проиграна, потому что бизнес никак не заинтересован в демократии и гражданском обществе.

6 июля Минюст зарегистрировал приказ Министерства связи и массовых коммуникаций N65 «Об утверждении Требований к сетям и средствам почтовой связи для проведения оперативно-разыскных мероприятий», который устанавливает, какие условия должны создать спецслужбам для прослушки операторы почтовой связи (включая спецпомещение и т.п.). В тексте ни разу не упоминается суд, что, в общем, не случайно. За год до этого, в феврале 2008 года Минсвязи выпустил приказ №6, регламентирующий процедуру предоставления спецслужбам доступа к переговорам и переписке абонентов сетей электросвязи (включая Интернет), в котором тоже нет ни слова о суде.

Согласно приказу №6, операторы 16 видов услуг связи (дальняя связь, мобильная, фиксированная, интернет и т. д.) обязаны обеспечить спецслужбы возможностью дистанционного мониторинга информации, причем в режиме реального времени. Операторы должны установить спецоборудование и, как и сейчас в случае с почтой, выделить «специальное технологическое помещение», куда будет запрещен доступ сотрудникам оператора. Так что судебное постановление, которое по закону должны получать спецслужбы на прослушку каждого нового абонента, теперь просто некому показывать.

Как год назад, так и сейчас нет и следа или попытки организации общественной кампании против неконтролируемой прослушки. Между тем, десять лет назад Рунет был переполнен антисормовскими баннерами, в суды шли иски от операторов, и Верховный суд отменял пункты приказов Минсвязи.

Однако в изменении положения вещей виноват не Путин, Медведев или ФСБ. Это имеет вполне очевидное, в данном случае материальное, объяснение.

Возмущение СОРМом (Системой Оперативно-разыскных мероприятий) со стороны провайдеров десять лет назад объяснялось не их гражданской позицией или нежеланием участвовать в создании «большого брата» и проч., а одним немаловажным пунктом в провайдерской лицензии, который обязывал провайдера поставить оборудование СОРМ (достаточно недешевое) за свой счет.

Поэтому больше всего СОРМом возмущались владельцы небольших частных компаний интернет-провайдеров, созданных на «голом месте». Бывшие ниишники плохо понимали, почему они должны платить за прослушку.

Крупные провайдеры молчали по двум причинам: затраты на СОРМ не были для них столь неподъемны, кроме того, многие из них образовались как совместные предприятия при городских телефонных сетях или госпровайдерах (МТУ-Интел, Комстар, Спринт и т.д.), где всегда работали государственно ориентированные чиновники, поэтому конфликта интересов со спецслужбами у них возникнуть не могло.

Кроме того, провайдеры никогда не возмущались тем, что ФСБ и МВД имеют бесконтрольный доступ к их сетям. Более того, провайдеры совсем не стремились видеть то самое судебное решение, на основании которого проводятся ОРМ: увидев такое решение, провайдер теоретически может считаться допущенным к государственной тайне (к которой относится информация в области ОРД. статья 5 пункт 4 Закона о гостайне) со всеми вытекающими ограничениями. Не представитель провайдера, а журналист Павел Нетупский подал жалобу в Верховный Суд, в результате которой было отменено то самое последнее предложение пункта 2.6 приказа Минсвязи от 25 июля 2000 г. № 130: «информация об абонентах, в отношении которых проводятся оперативно-розыскные мероприятия, а также решения, на основании которых проводятся указанные мероприятия, операторам связи не предоставляются» (этот временный выигрыш был сведен на нет вышеупомянутым приказом №6).

В 1998 году известный либеральный экономист Анатолий Левенчук, главный организатор кампании против СОРМ, написал статью «Молчание провайдеров», где объяснял их пассивность «экономической малостью» и «политической невлиятельностью». Прошло десять лет, провайдеры переросли свою малость, и, судя по прошлой неделе, эти подросшие провайдеры решили и проблему политической невлиятельности.

Не Федеральная служба безопасности и не Министерство связи, а операторы «Мегафон» и «Транстелеком» поставили 21 июля в РСПП вопрос о Skype, а первый заместитель гендиректора «Мегафона» Валерий Ермаков указал в своем выступлении, что в Skype не предусмотрены возможности для СОРМа и стоит обратиться к отечественным аналогам. Вопрос прозвучал достаточно громко, и нет сомнений, что это не только поможет продвижению аналога Skype от «Мегафон» по имени «Мультифон», который был презентован через неделю 27 июля, но и соответствующие органы не откажутся от помощи бизнеса в решении проблемы. И шансы, что Skype удастся отстоять, ничтожно малы.

Прежде всего, восхищение технологическим совершенством крипто-протоколов Skype не должно отменять тот факт, что в репрессивных государствах вроде Вьетнама или Египта со Skype вполне научились бороться.

Конечно, они научились это делать не сами: контрразведка Вьетнама или Мухабарат на это не способны, поэтому им оказал помощь бизнес свободного мира. А именно две израильские, очень успешные компании - Narus и Verint, обе основанные бывшими сотрудниками израильской версии Агентства нацбезопасности США, известной как подразделение 8200. Verint продала Вьетнаму оборудование, которое позволяет блокировать использование VoIP телефонию, а Narus стала главным поставщиком такого же оборудования Китаю, точно также как Египту, Пакистану, Саудовской Аравии и Ливии. Кроме того, Narus разрабатывает оборудование для перехвата VoIP телефонии (включая Skype), и неизвестно, насколько далеко продвинулись эти разработки.

Обе компании, кстати, представлены на российском рынке СОРМ-оборудования. Кроме того, Россия не Вьетнам и не Египет, и если призыв «Мегафона» обратиться к отечественным аналогам принять как руководство к действию, то наши спецслужбы вовсе не обязаны пользоваться услугами каких-то израильтян. В России есть свои успешные компании, например, «Протей» и «Малвин», которые предлагают свои услуги на рынке оборудования СОРМ. Это хороший, честный, вполне добропорядочный и патриотичный бизнес.

«Мегафон», «Протей» и Мальвин», также как Narus и Verint, или Ericsson и Siemens, которые поставили оборудование для тотального прослушивания Китаю к Олимпиаде, делают бизнес. Очевидно, что никто из них не был запуган госбезопасностью, просто дружить с государством выгодно и эффективно. А гражданское общество, напротив, никак не помогает этот бизнес развивать. Мы можем себя поздравить: в России построен настоящий, реальный капитализм, а гражданское общество просто вычли из схемы как ненужное и затратное звено.