Искусствофобия
Кажется, только искусствофобией можно назвать ту манию борьбы с современными художниками, которая все больше охватывает властные структуры в нашей стране.
Сразу несколько судов и арестов художников в начале этого лета -- тревожный симптом для общества. Вспоминается другой период отечественной истории, когда могли посадить за то, что в скульптуре для шпиля здания молот «вредительски» повернут к острой кромке серпа и это якобы может привести к конфронтации рабочих и крестьян. Теперь же могут арестовать за то, что ты ходишь на Первомай с лозунгами «А-а-а-пчхи!» и «О повелитель, где твой выключатель?» -- это может быть расценено как подрывная деятельность.
"Э" против "Ы"
Можете ли вы представить себе, что буква "ы" кому-то кажется опасной? Такие люди работают в центре по противодействию экстремизму ГУВД по Новосибирской области (центр «Э») и, обладая полномочиями милиции по охране правопорядка, возбуждению и расследованию уголовных дел, имеют право применять самые жесткие меры против того, что их пугает.
Причем наиболее опасным им в последнее время видится не существование скинхедов, а... искусство.
Итак, самым громким «достижением» центра «Э», созданного из 18-го отдела расформированного недавно управления по борьбе с организованной преступностью, на данный момент является арест молодого новосибирского художника Артема Лоскутова. Истинной причиной ареста, как полагают сам художник и его адвокат, родные и коллеги, является то, что Артем придумал ежегодный первомайский хеппенинг «Монстрация». С 2004 года молодые люди выходили на Первомай своей колонной под абсурдистскими лозунгами вроде «Крокодил, крокодю и буду крокодить!», «Ы», «Ну и че?», «Контракт -- это зло». С самого начала милиция противодействовала этому безобидному карнавалу. В 2005 и 2006 годах несколько участников были задержаны, в 2007 и 2008 годах Лоскутову удавалось договориться с КПРФ, чтобы выйти с ними вместе.
В этом году сотрудники центра «Э» вызвали Артема на беседу и настоятельно рекомендовали не ходить на «Монстрацию» и то же самое передать друзьям. Артем не пошел и друзьям объяснил. Однако утром 15 мая ему позвонили на работу из «Э» и потребовали, чтобы он немедленно явился к ним. Артем сказал, что работает с 9 до 18 и, кроме того, у него на носу предзащита диплома в университете, да и ведь уже беседовали недавно по поводу «Монстрации», а больше ничего он организовывать не планирует. Так что прийти он не сможет, тем более без повестки с указанием дела и статуса Артема в этом деле вызов является незаконным. Звонивший раздражился и угрожал прислать за Артемом машину с собакой.
После работы Артем встретился со своей знакомой Любовью Беляцкой, чтобы доделать инсталляцию на тему гоголевской «Шинели» для «Ночи музеев», внезапно их окружили три человека в штатском, на Артема надели наручники, не называя причины задержания. Его посадили в машину, увезли в тихий дворик неподалеку, обыскали его сумку и нашли то, чего там еще несколько минут назад не было, -- пакетик с 11 граммами марихуаны. Его арестовали по обвинению в незаконном хранении наркотиков. На требование адвоката провести дактилоскопическую экспертизу пакетика отвечают отказом. Также у обвинения нет ни одного свидетельства о том, что Лоскутов ранее употреблял или распространял наркотики.
В материалах дела адвокат обнаружил мнение органов милиции о том, что Лоскутов является "лидером преступной группы молодых людей, намеренной организовать массовые беспорядки, погромы магазинов, офисов, поджоги". Мнение это якобы основано на прослушивании телефонных разговоров Артема, разрешение на которое было получено 29 апреля, то есть накануне «Монстрации». Однако обвинители отказались зачитать в суде распечатки этих телефонных разговоров. Суд решил не отпускать Артема из-под стражи, так как на свободе он якобы «продолжит заниматься противоправными действиями», хотя какими именно, суд не указал.
Таким образом, единственным объяснением этого обвинения остается то, что «противоправными действиями» считается художественное самовыражение. В шествиях Лоскутова есть доля соц-арта, деконструкции языка идеологии, когда абсурдное действие одних проявляет абсурдность действий других. Лозунг «Ы» вряд ли угрожает существованию центра «Э». И нет официального запрещения -- «на улицах крокодить запрещено». Но блюстители порядка, похоже, подозревают за этими действиями скрытую, хотя и непонятную угрозу.
Возможно, жесткие карательные меры против «Монстрации» в этом году были приняты по совсем нелепой причине. Когда мэрия отказалась выдать разрешение на шествие «монстрантов», молодежь придумала серию одиночных пикетов: каждый участник должен был подойти к мэрии и силой мысли попытаться поднять здание мэрии в воздух на 100--500 метров, продержать там некоторое время, чтобы на освободившейся территории провести «Монстрацию». Видимо, эту шутку и сочли реальным действием, равным захвату вокзалов и телеграфов. Приятно, что официальные структуры так верят в силу мысли, но то, что они считают мысли экстремизмом и желают их контролировать, вряд ли достойно государства, называющего себя демократическим.
Осквернение пространства искусства
Мэрия Новосибирска так и не поднялась в воздух, зато статус искусства в России продолжает падать. Еще несколько лет назад консервативные деятели искусства убеждали, что если все правильно организовать и какие-нибудь рискованные акции и перфомансы производить только на закрытой территории вроде галереи или выставочного зала, то есть на специально маркированной территории, то никаких судов не будет и никто не расценит действия художника как хулиганство. Хотя эта позиция противоречит задачам современного искусства, которое призвано бежать из залов на улицы и экспериментировать в пространстве жизни, бороться с элитарностью и находить общий язык с самой широкой публикой. Однако сейчас уже понятно, что добровольное заточение искусства в залы безопасность не обеспечивает.
Границы цитадели искусства нарушил все тот же центр «Э», на этот раз его нижегородское отделение, хотя и без драматических для мнимых экстремистов последствий. На 9 Мая сего года в нижегородском филиале Государственного центра современного искусства был запланирован семинар «Левое искусство. Левая философия. Левая история. Левая поэзия». Основные докладчики -- художник Николай Олейников, философ Алексей Пензин, историк Илья Будрайтскис и поэт Кирилл Медведев -- люди, участвующие в международных художественных проектах, публикующиеся в толстых интеллектуальных журналах. Всего участников семинара собралось около 30 человек. Это была редкая возможность увидеть и услышать малодоступные материалы, вроде недавно переведенных Олейниковым пьес Августо Боала, создавшего «Невидимый театр» и написавшего книгу «Театр угнетенных». Неудивительно, что многие приехали из других городов, кто-то даже автостопом из Саратова -- в регионах не так много шансов встретиться и обсудить проблемы искусства с единомышленниками. Однако в самом начале семинара в зал ворвались двое в штатском и семеро в хаки, потребовали ото всех участников «встать лицом к стене, руки на стену, предъявить документы, личные вещи, оружие и наркотики». На просьбу объяснить, кто они и по какому праву ворвались, сказали, что «кому надо -- нас знают». Потом всех погрузили в автобус и отвезли в отделение, где переписали данные, сфотографировали и через несколько часов отпустили, найдя, что придраться не к чему. Был изъят тираж газеты «Вперед», а также по нескольку экземпляров книг о поэзии, философии. Центр «Э» привлек эпитет «левый», а на то, что семинар все-таки об искусстве и философии, они внимания не обратили. Означает ли это, что любой сторонник левой идеологии приравнивается к экстремисту, даже если его деятельность -- гуманитарная? Позже «Э» заявил, что искал в ГЦСИ политических активистов. Да, наверное, они могли там быть, но ведь пришли послушать об искусстве.
Пространство искусства более не является безопасным. И нападки на него совершаются уже не в виде отдельных писем отдельных граждан, а официальной государственной структурой.
Впрочем, частные инициативы по осуждению искусства тоже в ходу.
Оскорбленное достоинство националистов
Полтора года назад в Сахаровском центре состоялась выставка «Запретное искусство», показывающая произведения, запрещенные к показу в России последние годы. Были приняты все меры предосторожности -- висело объявление о том, что не рекомендуется смотреть выставку детям до 16 и психически неуравновешенным лицам. Часть произведений принадлежала международно признанным художникам, работы которых находятся в коллекциях государственных музеев России и за рубежом. В той или иной мере все работы критиковали нашу реальность. Однако группа граждан умудрилась увидеть в этом личное оскорбление, разжигание межнациональной и религиозной розни и подала в суд на куратора выставки Андрея Ерофеева и директора центра Юрия Самодурова.
Кроме закрытия центра податели иска требовали лишить организаторов «права на профессию» и просили объявить их «абсолютно нерукопожатными». Во время проведения дискуссии «Табу в современном искусстве» снаружи был проведен пикет с лозунгами «Не дадим в обиду Бога -- Москва страшней, чем Кондопога» и «Для всех Иуд -- петля и суд». Эти экстремистские высказывания не показались таковыми правосудию. Сторонники суда Линча и уничтожения инородцев и инакомыслящих по-прежнему на свободе. В то время как Ерофеева и Самодурова судят как «преступную группировку». Экспертиза экспонатов проведена людьми, к современному искусству отношения не имеющими, в привлечении альтернативных экспертов отказано. 29 мая в 11.00 в Таганском районном суде состоится первое заседание суда, 27 мая в 12.00 -- пресс-конференция в независимом пресс-центре на Пречистенке.
