Шесть вещей, из-за которых ссорятся Путин и Медведев
Российские политологи и западные кремленологи предрекают российской «тандемократии» скорую беду: якобы, отношения между Владимиром Путиным и Дмитрием Медведевым с каждым днем все хуже.
В цепи большой кремлевской игры, возможно, оказались события, на первый взгляд не связанные друг с другом: митинги «Единой России» 31 января, побег за границу Евгения Чичваркина, несколько загадочных заявлений Путина и Медведева, «газовая война» с Украиной и появление в прессе критических публикаций о российском правительстве. Даже если раскола пока нет, то перераспределение влияния в кремлевской элите, «новом политбюро», рано или поздно приведет к нему.
31 января во всех крупных городах России прошли митинги «Народ! Медведев! Путин! Вместе победим», организованные партией «Единая Россия». Официально они были направлены на поддержку антикризисного курса правительства, полуофициально – в пику «маршам несогласных» и протестным акциям коммунистов, которые в этот же день гремели по стране. Как говорит собеседник «URA.Ru», близкий к администрации президента, у митингов была еще одна, менее очевидная задача: продемонстрировать элитам и народу, что тандем «Путин и Медведев» прочен, как прежде. Предполагалось, что на митинге в Москве два лидера государства выйдут на трибуну вместе – как выходили они вдвоем на мартовский митинг на Васильевском спуске в 2008 году. Однако несколько тысяч участников зря мерзли на Манежной площади 31 января: ни тандем, ни его отдельные участники перед толпой так и не появились. Демонстрации единства не получилось. Слухи о расколе только усилились.
В последнее время этих слухов все больше. Нередко они подпитываются западной прессой: особенно популярной стала история о том, как после выступлений народной оппозиции во Владивостоке Путин потребовал снять начальника приморского ГУВД (тот отказывался разгонять толпу ОМОНом), а Дмитрий Медведев вступился за либерального генерала. Правда это или нет – мы, возможно, никогда не узнаем. Как говорит источник «URA.Ru», и без этой истории есть признаки того, что тандем трещит по швам.
Например, скандальное дело Евгения Чичваркина, вынужденного бежать за границу. Большинство восприняло его как уголовное преследование бизнесмена, другие вспомнили, что до побега Чичваркин пытался заручиться политической поддержкой, возглавив московское отделение «Правого дела». «Почему-то комментаторы забыли, что «Правое дело» считается проектом, близким к Медведеву, - говорит собеседник нашего агентства. – И санкция на арест Чичваркина – это сильный удар по первому собственному политическому проекту российского президента».
Новогодняя «газовая война» с Украиной продемонстрировала то, что участники тандема активно конкурируют за активность, продолжает наш источник. Пока Дмитрий Медведев безуспешно пытался провести саммит стран-потребителей российского газа, Владимир Путин устроил фантастические десятичасовые переговоры и решил проблему. Это было не столько требование ситуации, сколько сигнал, что именно Путин контролирует происходящее, в том числе экспорт энергоносителей.
Экономический блок элиты тоже расколот, продолжает наш источник. Министр финансов Алексей Кудрин сейчас скорее ориентирован на Владимира Путина, а глава Сбербанка Герман Греф – на Дмитрия Медведева. «Рано или поздно начнутся и попытки захвата контроля над банковской инфраструктурой страны», - считает наш ньюсмейкер.
Вновь возрождаются слухи о скорой отставке первого заместителя главы администрации президента Владислава Суркова (последняя сплетня – он может быть назначен губернатором Волгоградской области). Одна из версий: якобы, Владислав Сурков слишком сблизился с Дмитрием Медведевым и Владимир Путин заинтересован в отставке талантливого политтехнолога. «Впрочем, понять, на кого ориентирован Сурков, невозможно, - признается наш собеседник. – Создается впечатление, что он вообще старается дистанцироваться от конфликта внутри тандема и выполнять технические задачи».
Среди прочих свидетельств сложностей внутри тандема называют и появление в прессе критических статей о деятельности окружения Владимира Путина (смелую позицию занял, в том числе, «Московский комсомолец», где трудится супруг пресс-секретаря и доверенного лица президента Натальи Тимаковой – Александр Будберг). Владимир Путин отвечает на нападки загадочными фразами вроде того, что своим главным недостатком он считает доверчивость. «Доверился Медведеву, а тот оказался чересчур самостоятельной фигурой», - трактует это заявление наш собеседник.
Если западные кремленологи вовсю трубят о войне между Путиным и Медведевым, то их российские коллеги пока более сдержанны в оценках происходящего. Политолог Евгений Минченко в интервью «URA.Ru» рассказал, что говорить о расколе рано, хотя определенная напряженность в отношениях присутствует. «Она вызвана не личными причинами, а теми объективными процессами, которые происходят в окружении двух лидеров», - говорит Минченко.
Он поясняет, что преемником Владимира Путина фактически стал не один Дмитрий Медведев, а целый пул государственных менеджеров, своеобразное «политбюро», которое сейчас совместно управляет страной. Кроме президента, в него входят премьер, вице-премьеры, ключевые министры, руководители крупных госкорпораций.
Однако эта модель была рассчитана на условия стабильного экономического роста и высоких цен на нефть и газ. Кризисные реалии внесли свои коррективы. «Я не сторонник конспирологических версий о том, как Путин ссорится с Медведевым. Но сейчас внутри «политбюро» объективно происходят сложные процессы перераспределения влияния, которые приводят к росту напряжения». Таких процессов Минченко выделил шесть.
Первый. В условиях кризиса стало окончательно очевидно, что менеджмент государственных корпораций оказался неэффективен. «Ростехнологии» не могут справиться со своим имущественным комплексом, есть проблемы у РЖД, не совсем понятны действия «Газпрома» на среднеазиатском направлении и т.п. Соответственно, позиции этих менеджеров ослабевают.
Второй. Финансовый блок правительства подвергается постоянной критике за свои действия. При этом никакой альтернативы власть не предлагает.
Третий. Резко выросло влияние на банки-операторы, вроде «Внешэкономбанка» или «ВТБ», очевидно усиление «Сбербанка». Это обязательно выплеснется в политическую сферу, говорит Минченко. Субъекты, увеличивающие экономическую мощь, неминуемо начинают влиять на политику.
Четвертый. Резко упало влияние сырьевого сектора в связи с падением цен на энергоносители.
Пятый. Исчезли олигархи (в российском понимании этого термина). Практически все крупные активы контролируются структурами, близкими к государству.
Шестой. Растет зависимость России от Запада. Усложняющаяся экономическая ситуация может поставить РФ перед необходимостью просить у Запада кредитной помощи. Это усиливает позиции сторонников либерального внешнеполитического курса.
На все эти процессы накладывается и вопрос об ответственности за кризис. «Правда, я сомневаюсь, что Путин или Медведев поддадутся соблазну обвинить друг друга в том, что происходит в экономике. Все же они чересчур близки в сознании граждан, и ответ им нужно держать вместе», - считает Минченко. Другое дело – разница в политических курсах. Словно в противовес Путину, Медведев все чаще подает либеральные сигналы: то встретится с главным редактором «Новой газеты», то делегирует в «Правое дело» вице-президента РСПП Игоря Юргенса.
«Раскола в тандеме пока нет, но предпосылки существуют, - говорит Минченко. – Чтобы он действительно произошел, нужен серьезный повод – например, острый кадровый вопрос или конкретная экономическая проблема. При решении этого вопроса должны столкнуться интересы групп влияния, формирующихся вокруг президента и премьера. Однако пока не удается даже четко очертить группы и отнести конкретных представителей элиты к тому или иному лагерю. Подтверждением этому является разнобой в оценках респондентами ориентации тех или иных фигур в экспертном исследовании, которое Международный институт политической экспертизы проводит в данный момент».
