“Одна Сотона”. Репортаж с “Марша Несогласных” в г. Иркутске

“Удавшаяся демонстрация говорит

о хороших организаторских способностях.

Плохая же, о состоянии дел в обществе.”

Еще вчера стало ясно – делу хана. Ночью был снег, утром ветер, к бабке не ходи, непогода раздует “демонстрирующихся” и они растворятся в городе, как субботние сплетни и запах подгоревшей яичницы в подъезде. Жильцы заметят, но особого внимания не обратят. Останутся самые несогласные и самые подневольные.

Когда машина замыкала круг почета у “Ангары”, меня охватила тоска: - “Неужели, вообще никого не будет?!”. Были, были, в общей сложности 30 человек с хвостиком и собака.

“Че это они тут…?”

“Митингуют, наверно”

“А, ну да, выборы же скоро.”

Я включила диктофон и пристроилась ближе к беседующим.

“В Москве, из- за марша, каких- то Иркутян арестовали…”, - заметил один отдельно стоящий милиционер другому.

“Я телик не смотрю… ”, - зевнул другой.

Через пятнадцать минут пришли стыдные мысли – нужно было остаться дома. Читать… не просто так, вчера под снегопад, вспомнился Дантон: - “после зрелищ, они захотят знаний”. Еще минут через семь “несогласные” перестали раздавать “листовки”: то ли они у них кончились, то ли дислокация основной части процессии “передом” к администрации не располагала проходящих мимо граждан на “конструктивное поведение”. Досадно, конечно, если учесть, что анонсировалось действо, как “хождение в народ” с целью ознакомления “прессы и населения” с программой “Другой России”. В итоге к тридцатой минуте, из запланированных двух часов, по внешнему виду “несогласные” стали походить на дезорганизованных “согласных”. У последних, например, что стояли на углу у Иняза, все было по первому разряду - желтые жилеты и охапки “агитматериалов”.

В это утро общественное спокойствие находилось в состоянии покоя, все развивалось по законам физики: граждане шли по своим мещанским делам, демонстрирующиеся демонстрировались, в “избирательной комиссии” рисовали черные линии черными маркерами, хорошо, что не в черных комнатах, а пресса направилась в “буфет”. На крыльце кофейни я столкнулась со знакомой:

“Ты от куда?”

“С “Марша Несогласных”. А ты, давно вернулась?”

“Позавчера… что так рано? Разогнали, что ли!”

“Если б, это бы был стратегический просчет… что там, нынче модно, в столицах?”

“Носить клетку и голосовать за КПРФ”

“Ууу… “

“Шило на мыло”

“Карнавал в скобяной лавке… ладно, может там действительно, что- то сейчас происходит.”

В сквере стало еще тоскливее, исчезли люди с камерой, милиционеры и митингующие сомкнули “кольцо” плотнее - “Like at Discavery Channel”, пингвины жмутся друг к другу перед лицом общей опасности – холодами.

Все-таки перспектива потерять возможность гадить в чистое озеро навела больше паники в умах горожан, нежели сомнительное будущее. Для официантки, подавшей мне “Латте с ромом”, “аппозиция” и “main streem” – “одна Сотона”. Кто будет сверху? - вопрос времени и названия, им все равно друг без друга не жить. 2 декабря ее ждет поднос, а не “Новый прекрасный мир”.

Я остановилась перед пешеходным переходом, с одной стороны, “задом ко мне” Другая Россия - с другой. Новая хищно приноравливалась, в лице “девы в желтом”, c намереньем обязательно вручить мне продукт из загубленного дерева и человеческого времени. В мои планы не входило дарить им свою “бесценную” душу, так же, как и уходить без новостей. Я свернула налево.

p.s. Корреспондент информационного регионального портала Бабр.ru Жаркова Т. сообщает – в мусорных урнах на остановках “Сквер Кирова” и “Гостиница Ангара” “агитматериалов” “Другой России” обнаружено не было, а это говорит о том, что

может быть…

все- таки…

кто- то…

дома их прочитает. Хоть и нечаянно.