Теперь лесному хозяйству нас научат северокорейцы

История с лесными пожарами в Сибири в этом году, похоже, заканчивается трагикомически. Посольство КНДР в России время от времени присылает мне свои пресс-релизы на русском языке. И вот, 30 августа посольство КНДР сообщило, что в Северной Корее в августе 2019 года побывала делегация Федерального агентства лесного хозяйства РФ, включая специалистов из Москвы, Томска и Красноярска.

Сообщение, как обычно, не изобиловало деталями. Российские специалисты по охране лесов встретились с представителями Министерства охраны государственной территории и окружающей среды КНДР и совершили поездку на северо-восток страны, в уезд Самчжиён провинции Янгандо.

Северокорейцев интересовал совершенно конкретный вопрос - шелкопряд сибирский, от которого сильно пострадали леса этого северного и горного региона. Российские лесоводы дали свои консультации по мерам противодействия распространению сибирского шелкопряда.

Столь сильный интерес северокорейской стороны к российскому опыту борьбы с сибирским шелкопрядом может выглядеть странным, если не знать, что уезд Самчжиён, густо поросший хвойными лесами, - это сосредоточие северокорейской историков-революционной славы. В этом уезде расположен вулкан Пэктусан - самая высокая гора в КНДР, у которого был тайный партизанский лагерь Ким Ир Сена. Здесь, согласно официальным северокорейским данным, родился Ким Чен Ир. Да и вообще, место, буквально пропитанное революционной идеологией и почитанием, руководство КНДР, начиная с Ким Чен Ына, время от времени совершает поездки в этот уезд и совершает восхождения на гору Пэктусан.

Там все стараются содержать в том же виде, в каком эти места были во время партизанской борьбы с японскими войсками. Там, например, тщательно сохраняются деревья, на котором Ким Ир Сен писал лозунги перед битвами. Потому, когда местные леса, находящиеся под управлением особых учреждений - управлений по охране лесов в местах революционной и боевой славы, оказались попорчены сибирским шелкопрядом, северокорейцы были серьезно обеспокоены. Думается, что они проконсультировались со всеми специалистами по защите лесов от сибирского шелкопряда, и не только российскими, но и китайскими. Они соберут исчерпывающую информацию, а потом примут и несомненно реализуют план действий.

Свое сообщение посольство КНДР завершило, так сказать, с особым цинизмом: "Для ученых из России особую ценность представило знакомство с корейским опытом ведения лесного хозяйства". О, да! Как раз КНДР отличалась в самом недавнем прошлом массовой вырубкой своих лесов. С 1990 по 2005 год КНДР вырубила более 2 млн. гектаров лесов, или 24,6% их площади. Это при том, что вся страна имеет площадь 12 млн. гектаров, а лесов в 2005 году осталось 6,1 млн. гектаров. Ничего себе, достижения, вырубить лес на 16% площади страны.

Разумеется, тому были свои причины специфически северокорейского характера. Во-первых, лес шел на топливо, особенно в 1990-е годы, после того, как серия крупных наводнений затопила угольные шахты. Во-вторых, вырубкой лесов пытались расширить пахотные земли, чтобы увеличить производство продовольствия. Судя по южнокорейским картам, составленным по данным спутникового мониторинга, сильнее всего леса рубили именно на северо-востоке, так что там массив лесов вокруг горы Пэктусан остался чуть ли не единственным крупным массивом сравнительно нетронутых лесов.

Но в последние годы по требованию Ким Чен Ына началась программа лесовосстановления. В муссонном климате с его сильными дождями, обезлесенные холмы становятся источниками наводнений, селей и быстрой эрозии почв и грунтов. Лесовосстановление началось также с обычным северокорейским размахом и кампанией, под чутким партийным руководством. По южнокорейским данным, лесовосстановительные работы охватили 1,47 млн. гектаров. Это немало, чуть более половины площади вырубленных лесов. Пока что леса в КНДР рубят больше, чем сажают, и площадь лесов все еще сокращается, но все же шансы у них есть.

Теперь наше лесное хозяйство дошло до такого предела, что для него лесное хозяйство КНДР становится примером и образцом, да еще "особо ценным". Есть чему поучиться. Например, тому, чтобы выпластать лес не каким-то жалкими делянками, а в процентах от площади территории. Причем северокорейцы срубили лес сами, а не руками китайских лесорубов, и использовали этот лес для своих нужд. Или тому, чтобы снова насадить лес после масштабных вырубок, и тоже не клочками, а в больших масштабах. Кстати, аналогичная программа лесовосстановления была в 1970-х годах и в Южной Корее, когда насаждали леса, вырубленные во время войны и сразу после нее. Поговаривают о том, что лесные организации КНДР и РК могут объединить свои усилия в лесовосстановлении. Наконец, в КНДР не допускают грандиозных лесных пожаров; лес там реально берегут и там есть военизированная лесная охрана.

Может быть, и в самом деле подумать: зачем нам нужны лесные министерства, которые ни срубить, ни посадить, ни потушить? Наймем за известную лесосеку северокорейцев, пусть они охраняют и восстанавливают наши леса.