Кандидатский «наезд»

Что стоит за информационной осадой претендента на президентский пост Дмитрия Мезенцева?

Понятно, что очевидное доминирование Путина на весенних президентских выборах создает для других кандидатов очевидную проблему самоидентификации, четкого определения политического кредо. Для «небольшой тройки» — В.Жириновского, Г.Зюганова и С.Миронова — это политическое кредо укладывается в классическую формулу из Ильфа и Петрова: «Всегда!». Кандидаты Прохоров и Мезенцев также вынуждены выстраивать свой имидж по мере развития кампании. При этом Дмитрий Мезенцев немного выбивается из своей категории: скорее всего его роль на этих выборах не столько политическая, сколько технологическая. Понятно, что он представляет интересы нынешней власти, однако не федерального, а регионального уровня, чем и отличается от Путина.

Карьера Мезенцева, тесно связанная с карьерой самого Путина, подводит общественность к мысли о том, что оба они связаны одной задачей. Отчасти это верно, отчасти нет. Дело в том, что Мезенцев может заменить Путина, а Путин Мезенцева — нет.

Впрочем, эта связь с премьером на некоторых действует, как красная тряпка на быка: губернатору придется получать те удары, которые, в силу известных обстоятельств, не достаются в ходе кампании премьеру. Так что его задача технологическая и при этом не самая благодарная.

Впрочем, очевидный реальный политический смысл деятельности кандидата Мезенцева на этих выборах состоит еще и в максимальном привлечении внимания федеральных властей к проблемам регионов. И с этой задачей он пока справляется, судя по последним кремлевским инициативам.

Региональная политика Кремля в последний период является одним из самых приоритетных направлений. Дело в том, что электорат кандидатов от «партии власти» в общеполитическом смысле этого слова располагается именно в регионах. Он голосует более или менее дисциплинированно, в отличие от довольно капризных столичных электоральных групп. Последние, и это было видно в ходе протестов на Болотной площади и проспекте Сахарова, подчиняясь стереотипам «гламурной политики», воспринимают протест как самопрезентацию, в том числе и за счет своих собратьев по виду. Именно поэтому в регионах, «откричав» по поводу фальсификации на парламентских выборах, уже дальнейшие радикальные действия столицы не поддержали: во время митинга на проспекте Сахарова в других российских городах серьезной посещаемости протестных мероприятий не фиксировалось. Так что перенести центр тяжести революционной борьбы в регионы не удалось — там по-прежнему не понимают, почему «рассерженные горожане» Москвы настаивают на уходе Путина. Ведь его уход из реальной политики неизбежно приведет к переделу собственности и социальному хаосу, когда нарушатся цепи, по которым, в том числе и в регионы, поступает социальная помощь.

Ни один из альтернативных кандидатов не может гарантировать, что справится с управлением государством в преддверии второй волны кризиса — ведь в случае победы любого другого, кроме Путина и, как ни парадоксально, Мезенцева, придется полностью менять управленческую команду. И это — главное условие их, так сказать, групп поддержки.

Конечно, можно попытаться поменять колесо у движущегося автомобиля, но это крайне затруднительно, согласитесь...

Неудивительно, что первая ласточка, то есть информационный удар по Мезенцеву был нанесен довольно оперативно, еще на уровне организации сбора подписей. Мало кто разобрался в сути происходящего, но через интернет-сообщество многие оказались оповещены о том, что где-то «рисуют подписи» в поддержку кандидата. Причем не объяснялось точно, кто именно и как именно это делает: акцент в полном соответствии с канонами гебельсовской пропаганды делался на величине лжи — мол, кто-то где-то «рисует подписи» очень масштабно.

И надо сказать, что протесты против фальсификации на выборах (странным образом трансформированные в лозунги против Путина лично) подготовили общественность к тому, что сегодня любая информация по данной горячей теме воспринимается, как говорится, на веру. И — «на ура!». Цель, конечно, понятна — поддеть власть, сделать ее объектом критики и в конце концов делегитимизировать. Об этом довольно откровенно поведали публике представители «несистемной оппозиции» в своих блогах, статьях и телефонных разговорах.

Радует, впрочем, что вместе с Мезенцевым Путин уже в политическом поле не одинок. Тем более что, судя по техническому уровню обеспечения кампании против Мезенцева, речь идет о серьезном финансировании проекта. Значит, без крупных спонсоров не обошлось, и, значит, оппоненты расценивают его в качестве серьезного игрока, иначе не тратились бы.

И, наконец, характерно, что практически никто не следил за тем, как, где и каким образом собирают подписи не только старожил президентских кампаний Григорий Явлинский, но и новичок в этом деле Михаил Прохоров — прицел т.н. общественного мнения следил только за одним кандидатом. Вывод очевиден — все происходящее вокруг подписей Мезенцева чрезвычайно похоже на ангажированную пропагандистскую кампанию.

Масштаб антикампании в отношении Мезенцева лишь подчеркивает, что он должен участвовать в нынешних президентских выборах, что он важен как политический элемент этой кампании. Причем именно в амплуа кандидата от власти. И в этом качестве Мезенцеву придется проявлять стойкость и выдержку, так как его оппоненты — весьма искусны в пропагандистских уловках против своего противника и имеют в этом умении огромный опыт.