Спасибо Александру III и Китаю

Авиаперевозки вновь дорожают. Азиатскую Россию спасает Транссиб, до которого еще нужно добраться, и Китай, из которого в Москву летать дешевле.

В пик отпусков и путешествий цены на авиабилеты поползли вверх. Этого не могло не случиться: авиакеросин, чья составляющая — до трети в цене билета, дорожает во всем мире. В России, однако, топливо дорожает быстрее и внушительнее. И дело даже не в том, что, несмотря на оторванность нашего рынка от европейского, наша нефтянка всегда с энтузиазмом отзывается на колебания тамошних цен — если, конечно, колеблется вверх. Дело в том, что у нас сейчас спрос на авиакеросин превышает предложение. По одним экспертным данным, в 5 раз, по другим — во всяком случае, на них ссылается правительственная газета — аж в 13.

Месяц назад, 8 июля, глава правительства Владимир Путин сказал: «Дефицит топлива — это нонсенс для РФ, его не должно быть». И вот «нонсенс» расцветает пышным цветом. Вслед за бензином теперь в дефиците и керосин. И снова — ничего неожиданного: как правительство ни стимулирует бизнес вкладываться в нефтепереработку, она категорически не поспевает за ростом автопарка и авиаперевозок. А инвесторы не вкладываются в нефтеперерабатывающие мощности потому, что этот сегмент рынком только называется. В нем постоянно присутствует и топчется — подобно слону в посудной лавке — это самое правительство. И соблазны поуправлять данным «рыночным сегментом» в ручном режиме, естественно, растут по мере приближения выборов.

Одно из двух: либо этот сегмент будет ключевым донором бюджета, кузнецом побед «Единой России» и лично Путина, либо в углубленную нефтепереработку потекут реальные инвестиции. Чтобы и то и другое вместе — так не бывает.

Вот характерная картина. 9 августа на заправках Красноярского края 92-й бензин стоил 27 руб. за литр, в соседней Кемеровской области — 21.50. Красноярцы заезжают заправляться в вотчину Тулеева — так же, как немцы — в Чехию. Но там — разные страны, да и цена на бензин не отличается столь разительно. Кузбасские цены не меняются годами. Это рынок? Нет, это грозный рык Амана Тулеева. В федеральном масштабе алчных нефтяников приводит в чувство на радость массам традиционно Путин. Вот только в отличие от тулеевских методов ручного управления февральское распоряжение Путина понизить цены на бензин привело к его дефициту весной, и этот вялотекущий кризис сейчас вновь обостряется.

О том, что ни бензина, ни керосина не будет хватать, эксперты начали говорить с 2006 года. Год назад кризис предрекали детально. Однако неприятные для начальственного слуха прогнозы даются в одной стране, правительство существует в другой.

Три года назад, напомню, происходило то же самое: рост цены на керосин, банкротство «КрасЭйр» и всего альянса «ЭйрЮнион». Теперь вот первой ласточкой пролетел «Континент», продавший уже билеты до 20 ноября с.г. Дмитрий Медведев тогда поручил разбираться с авиаперевозками и авиабилетами генпрокурору: «Я давал вам поручение, касающееся ситуации вокруг «керосиновых дел» в нашей стране и заправки самолетов. Ситуация, на мой взгляд, была абсолютно неприемлемая. Как минимум необходимо разобраться с тем, как происходит ценообразование». Юрий Чайка: «Одной из основных причин повышения цен на авиатопливо является злоупотребление должностными лицами, компаниями-производителями доминирующим положением». Тогда же, говоря о том, что цены на авиатопливо в РФ стали самыми высокими в мире, премьер Путин строго предупредил: «Нужно Федеральной антимонопольной службе наконец проснуться и активно, эффективно исполнять свои функции — если этого не будет в ближайшее время сделано, то будут приняты кадровые решения».

В этом году Путин вновь говорит о сговоре монополистов. И о том, что они должны нести ответственность за обеспечение внутреннего рынка качественными нефтепродуктами: «Прошу воспринимать это как безусловный приоритет».

Нет нужды отдельно говорить о том, насколько подконтрольна нефтянка правительству. Правительство выпестовало и продолжает пестовать этих монополистов, попиливших страну по «регионам присутствия». Монополисты ведут себя совершенно естественно, хрестоматийно, как они и должны себя вести. И правительство же призывает их обуздать. Это шизофрения.

Правительство не в состоянии сделать самое элементарное: скоординировать сроки плановой реконструкции, на которую НПЗ регулярно закрываются. В весеннее обострение кризиса оказалось, что не вовремя закрылся Ачинский НПЗ. Сейчас на реконструкции НПЗ в Комсомольске-на-Амуре и в Киришах.

Из этой хозяйственной нелепицы вытекают политические следствия. Речь не о предвыборном жульничестве, а о самочувствии страны. Сильнее всего очередное удорожание авиаперевозок бьет по Азиатской России. Она утверждается в статусе брошенной колонии, огромного забытого архипелага. Младшим детям не увидеть теплого моря и Эрмитажа, старшим — не улететь учиться в Москву, родным — не повидаться и т.д. Каждое подорожание авиабилетов переводит в эту категорию всё новые семьи. А если полет и осуществим, то с нечеловеческим рвением, работой на износ и забвением всех прочих человеческих потребностей и интересов — с чересчур буквальной реализацией легкой западной формулы «Жить — необязательно, путешествовать — необходимо».

Студентом в советское время я нередко на воскресенье летал домой — хватало стипендии, получки сторожа и нечастых разгрузок вагонов. Сейчас это абсолютно непредставимо, да, впрочем, и самолеты по этому маршруту уже не летают. «Аэрофлот» по щадящим ценам связывал большие и малые города, и для того, чтобы попасть, например, из Кургана в Иркутск, а из Красноярска в Барнаул, не следовало залетать в Москву.

А потом настали времена, когда авиабилет из Красноярска в Москву стал дороже билетов Москва — Нью-Йорк или Москва — Токио. Красноярцы летали в столицу, уезжая сначала на поезде на тысячу километров на запад или восток — в Новосибирск или Иркутск. А если с малыми детьми? Если на костылях? Если срочно — на похороны? Сейчас дальневосточники так же летают в Москву — через Харбин. Из Китая дешевле. Вот это и есть «нонсенс».

Такому карантину, на который закрывают Сибирь и Дальний Восток, можно было бы только порадоваться — антиглобалистам, почвенникам, охранителям, однако очевидно, что бизнесу невыгодно перемещать только непрофильные активы — население, вывозить же сырье и ввозить товар — очень даже рентабельно.

Понятно, что нынешнее подорожание авиатоплива вновь сильнее всего скажется на не самых крупных компаниях, базирующихся за Уралом. У них нет долгосрочных договоров о снабжении керосином по фиксированным ставкам. Они вооружены «крыльями советов» — старыми отечественными самолетами, жрущими топлива вдвое больше. Да и просто оно здесь традиционно дороже, как и все остальное. Региональным компаниям в ближайшее время к тому же надо дооборудовать самолеты дорогостоящими системами безопасности (об этом «Новая» писала

19 и 30 июля). Значит, впереди — банкротства, обманутые пассажиры, транспортная изоляция отдаленных районов.

Не привыкать. В одном Красноярском крае в прошлом веке действовало около 200 аэропортов, на конец того века действовало 120, сегодня в живых лишь десяток. Для приема иностранных самолетов, которыми планируют заменить «аннушек», пригодны лишь четыре взлетно-посадочные полосы. Эпоха географических закрытий.

В центре Иркутска воссоздан величественный памятник Александру III. Основателю Транссиба — от благодарной Сибири. Если б не царский режим, проложивший эту дорогу (не будучи «гарантом энергетической безопасности» и не торгуя нефтью), что бы сейчас связывало Россию? О «сквозном» автомобильном шоссе нам много лет рассказывают сказки: оно для хорошо вооруженных экстремалов, желательно на БТР ну или хотя бы на казенной машине. И то проходимо не круглый год. Ах да, нас обвязали трубопроводами. И еще сказочным названием партии начальников. Рассказали бы, где они увидели единую Россию.

Плохо, что не до всех городов Романовы дотянули «железку».

Хорошо, что есть Китай, куда Россия качает нефть и из которого россиянину до Москвы почему-то лететь дешевле, чем из богатой нефтью Родины.