Виртуальное шапито: праймериз ЕР в Иркутской области

Предварительное голосование «Единой России» в Иркутской области завершилось. В очередной раз оно продемонстрировало, что единороссам, на самом-то деле, глубоко перпендикулярно любое общественное мнение: политическая интрига отсутствовала практически с самого старта. Единственный дискуссионный момент – насколько большую явку «нарисуют» организаторы голосования. И вона как, в очередной раз партийные проводники смыслов не постеснялись, отметив в своем виртуальном шапито десятки тысяч проголосовавших… Ну смех да и только!

Разумеется, результаты, опубликованные на официальном сайте регионального отделения партии, лишь формально закрепили расклад, который был предрешен задолго до подсчета голосов.

По одномандатным округам «Единая Россия» поведет в бой четырех кандидатов. По Иркутскому округу партию представит Александр Якубовский, по Шелеховскому – Сергей Тен, по Ангарскому – Вадим Логунов. В Братском округе неожиданно, но вполне предсказуемо для тех, кто следит за местной повесткой, победу на праймериз одержал депутат думы Братска Андрей Антоненков. Ему, конечно, предугадана роль кандидата на выбывание… То есть шансов на победу нет, округ «подарен» коммунистическому космонавту Олегу Новицкому.

По сути, иркутское отделение партии власти продемонстрировало классический кадровый консерватизм: в эпоху турбулентности и падения доверия к выборам здесь предпочли не экспериментировать с новыми лицами, а сделать ставку на проверенный административный ресурс, узнаваемость и умение договариваться с региональными элитами.

Что же означает этот результат с точки зрения региональной политики? Прежде всего, он окончательно превращает предварительное голосование из механизма отбора сильнейших в формальную процедуру утверждения заранее согласованных фигур. Интриги не было. Партия фактически отказывается от внутриэлитной конкуренции, которая хотя бы создавала видимость живого политического процесса. Вместо этого Иркутское региональное отделение консервирует существующую конфигурацию: Якубовский и Тен – это люди, которые давно встроены в систему региональных финансовых и властных потоков. Их задача – не бороться за новые голоса, а мобилизовать уже имеющийся электорат бюджетников, промышленников и зависимых от государства слоев населения.

Сергей Тен, например, традиционно делает ставку на крупные корпорации и социально-экономические обещания, что в Шелеховском округе, где сильны позиции градообразующих предприятий, работает безотказно. Александр Якубовский опирается на административный ресурс областного центра.

Вадим Логунов – вытащенный из загашника околофедеральных бизнес-структур деятель. И его пустили на праймериз только под «тотальную зачистку», не допустив участия единственного реального оппонента в лице Антона Красноштанова. Откуда взялся результат в десятки тысяч голосов, мы объяснили чуть выше.

И посему не видим смысла обсуждать кандидатуру Антоненкова, которому уготована роль мальчика для битья. Победы на выборах активному предпринимателю не видать как своих ушей. Вот только интересно, а на каких условиях кандидаты соглашаются на такую игру в поддавки? Почем нынче продать свою совесть?

Стратегически подход «Единой России» выглядит выигрышным в краткосрочной перспективе – с высокой долей вероятности трое кандидатов получат мандаты в Государственной думе. Но в долгосрочной перспективе отказ от реальной внутрипартийной конкуренции и от открытых условий праймериз (как инструмента поиска новых лидеров) ведет к стагнации.

Иркутское отделение «Единой России» сегодня – это хорошо отлаженный механизм по воспроизводству одних и тех же лиц, которые давно утратили связь с рядовым избирателем, но сохранили доступ к ресурсам. И это губительная стратегия для партии, которая претендует на звание «народной».

Избиратель видит, что праймериз проходят без интриги, и окончательно теряет интерес к процедуре, а вместе с ним и доверие к самому партийному строительству. В итоге «Единая Россия» в Приангарье выигрывает битву за следующий думский созыв, но постепенно проигрывает войну за легитимность и общественную поддержку, что в политике является куда более дорогой ценой, чем любой административный ресурс.