АЭХК отпраздновал юбилей: 65 лет храним уран под боком у ангарчан

Ангарский электролизный химический комбинат работает уже 65 лет. С 1957 года он создаёт опасную для ангарчан и для природы среду.

Немного истории. Сначала и очень долгое время на предприятии занимались обогащением урана. Комбинат строился в строгой секретности, его работники давали подписку о неразглашении информации о предприятии, и поэтому вокруг завода всегда ходило много слухов.

Но восемь лет назад – в 2014 году – сублиматное производство на комбинате было остановлено. Тем не менее на предприятии образуется и хранится обеднённый гексафторид урана (ОГФУ). Если вкратце, то это промежуточный продукт производства урановых компонентов. Если немного углублённее, то в процессе обогащения урана по изотопу 235U образуются обогащенный урановый продукт, который используется для изготовления топлива для АЭС, и побочный продукт – обеднённый гексафторид урана. Так вот производство первого и остановили, но обеднённый продолжает образовываться. Он хранится на площадке АЭХК в специальных контейнерах.

В ОГФУ содержание изотопа 235U в несколько раз ниже. Всего в нашей стране есть четыре предприятия, где образуется и хранится ОГФУ. Его суммарные запасы на конец 2019 года превышали один миллион тонн.

Кстати, АЭХК принадлежит «Росатому». Последний, кроме отходов БЦБК и «Усольехимпрома», занимался ещё и тем, что свозил урановые отходы в Россию из Европы, чтоб повысить его концентрацию. 90% вывезенной массы оставались в России. При этом своих отходов аналогичным европейским у нас накопилось не менее 700 000 тонн (по данным 2012 года).

Чем опасен ОГФУ? При нормальном атмосферном давлении и температуре 56 градусов он переходит из твёрдого в газообразное состояние. Напомним, что хранится он в контейнерах. В случае пожара тонны гексафторида испарятся в считаные минуты. В результате контакта с влажным воздухом образуются чрезвычайно токсические химические соединения – фтороводород. Они проникают в организм через лёгкие и кожу, вызывая многочисленные поражения. Как показывает опыт уже имевшихся аварий, люди, которые пробыли в таком облаке всего несколько минут, получают тяжёлые повреждения или погибают.

Даже десятитысячные доли процента концентраций соединений урана и фтора в воде и почве способны вызвать хронические заболевания.

В человеческом организме гекстафторид ведёт себя как токсикант, поражая почки, а также накапливается в костных тканях, замещая кальций. Часть его выводится с мочой в течение нескольких дней. Гексафторид, засевший в костных тканях, выводится в сотни раз медленнее.

По информации Международного Агентства по Атомной Энергии, в результате пожара при транспортировке крупной партии гексафторида урана опасными концентрациями может быть загрязнена территория в несколько квадратных километров. А при крупной аварии и неблагоприятных погодных условиях зона поражения может достигать радиуса 32 километра от места аварии.

Но что это мы всё о плохом. На АЭХК также активно прорабатывают проекты по развитию неядерного бизнеса, которые призваны его заместить. В частности, это производство оксидов ниобия и тантала и особо чистых кристаллов кварца. В 2020 году на комбинате запущен производственный участок по выпуску бифторида калия, которые используются в двигателестроении и авиационной промышленности, опробована опытная установка по выпуску моногидрата гидроксида лития, необходимого для аккумуляторных батарей.

А ещё технологии, которые применяют на комбинате, постоянно улучшают, а оборудование модернизируют. Только почему-то в 2019 году Совет при президенте РФ по правам человека выразил обеспокоенность хранением радиоактивных отходов на открытых площадках Ангарского электролизного химического комбината. Космические снимки показали, что контейнеры продолжают храниться на открытых площадках и их число практически не изменилось. При этом есть риски разгерметизации контейнеров, в том числе из-за коррозии.

Но дирекция комбината считает, что никакой угрозы нет. Так и живём.