Три невыгодных сценария «китайской» сделки «Газпрома»

Официальные лица один за другим проговариваются о засекреченных подробностях «китайского» газового контракта. Эти сообщения свидетельствуют о том, что определенности с ценой будущих поставок газа нет и китайцы смогут как угодно выкручивать руки «Газпрому».

Когда «Газпром» объявлял конкурс на название будущей газопроводной системы в Китай, одним из самых популярных предложений было окрестить будущую трубу «Золотым потоком» по аналогии с другими газоэкспортными «потоками» российского монополиста – «Голубым», «Северным» и «Южным» – и с намеком на его колоссальную стоимость.

Разрекламированному проекту, все детали которого спрятаны под грифом корпоративной тайны, не везет. То одно, то другое официальное лицо то и дело проговаривается, раскрывая секреты «Силы Сибири» – так в конце концов назвали систему, по которой природный газ из Якутии и Иркутской области должен пойти в Китай.

Оценки стоимости строительства разнятся. В мае, при подписании контракта с китайцами в Шанхае, общие затраты на трассу с российской стороны оценивались в $55 млрд. Летом глава администрации президента Сергей Иванов оценил стоимость проекта в $60–70 млрд (не оговаривая, идет ли речь только о российских затратах). По расчетам же газпромовских плановиков и экономистов, капиталовложения в проект превысят $100 млрд.

Затем в конце сентября член правления «Газпрома» Александр Медведев признал, выступая в Южно-Сахалинске, что китайцы так и не приняли решение взять на себя часть финансирования проекта в виде предоплаты за поставки газа на сумму $25 млрд (по его словам, вопрос «повис в воздухе»). Он также добавил, что такой аванс мог бы служить инструментом корректировки цены, из чего можно сделать вывод, что окончательной договоренности о цене – даже плавающей – на российский газ в Шанхае достигнуто так и не было. В таком случае контракт на самом деле был очередным ни к чему не обязывающим меморандумом о взаимопонимании, коих в архиве «Газпрома» накопилось уже немало за добрый десяток лет. Возможно, статус документа повысили, уговорив китайцев согласиться на такой камуфляж, чтобы отрапортовать российскому руководству об успехе и начать грандиозную стройку – к вящему восторгу подрядчиков.

Новая утечка информации не заставила себя ждать. Один из менеджеров компании «Газпром добыча Ноябрьск», Виктор Селин, сообщил журналистам, что российский газ пойдет через границу КНР только в 2020 году в первоначальном объеме около 5 млрд куб. м в год, а к 2024 году ежегодный поток достигнет только 25 млрд куб. м. Селин должен знать, о чем говорит: его компания занимается освоением Чаяндинского месторождения – основного источника газа для первого этапа строительства «Силы Сибири». В «Газпроме» поспешили опровергнуть его слова, хотя, по сведениям источников автора в компании, Селин просто озвучил рабочий график, утвержденный руководством монополии.

По графику, озвученному этим газпромовцем-практиком, выйти на заявленный максимальный годовой объем поставок 38 млрд куб. м компания не сможет и в 2024 году. Это отчасти объяснило бы нерешенность вопроса о деньгах: никто не в состоянии сейчас предсказать, какие цены будут господствовать на газовом рынке через десять лет. Ясно одно: Китай, который станет единственным покупателем газа на дальнем конце инфраструктуры стоимостью более $100 млрд, начнет диктовать поставщику коммерческие условия – как по ценам, так и по объемам.

При этом объемы более 30 млрд куб. м в год из России китайцам попросту не нужны, как убедительно доказал на недавнем семинаре в Институте мировой экономики и международных отношений в Москве вице-президент и главный экономист компании «ВР Россия» Владимир Дребенцов. Расчеты, что «Газпром» сможет продавать в КНР ежегодно более 60 млрд куб. м, не основаны на анализе реальных потребностей и служат лишь оправданием архизатратного проекта.

Если проект все-таки осуществится и у России появится инфраструктура для отправки газа через китайскую границу, «Газпрому» предстоит выбор из трех возможных сценариев. По первому из них газ пойдет в Китай на китайских условиях, что может привести к его продаже даже ниже себестоимости, то есть субсидированию чужих потребителей за российский счет.

Второй сценарий – продление трассы газопровода до тихоокеанского побережья и строительство там крупного завода по производству сжиженного природного газа. Вот только экономическая рентабельность такой торговли под большим вопросом: цены в Азии демонстрируют устойчивую тенденцию к сокращению, и «Газпрому», возможно, придется и здесь торговать себе в убыток.

Сценарий номер три, озвученный президентом Владимиром Путиным, – соединить «Силу Сибири» с российской газотранспортной системой на западе и перебрасывать потоки газа с европейского рынка на китайский и обратно, добиваясь максимальной прибыли. Однако доставка газа за тысячи километров из Якутии в Европу прибыльной точно не будет, да и объемы газа, которые можно реализовать в Китае, никак не заменят те объемы, которые «Газпром» продает на европейском рынке. Даже если принять на веру не раз объявленный на самом высоком уровне объем будущего экспорта в китайском направлении в 68 млрд куб. м в год, то стоит учесть, что в Западную Европу в прошлом году «Газпром» отправил 138 млрд, а в «ближнее зарубежье» – 58 млрд куб. м. Простая арифметика опровергает домыслы о том, что европейских потребителей можно будет шантажировать угрозой переброски потоков газа с запада на восток.

В свете этих сценариев «Сила Сибири» смотрится как заведомо нерентабельный проект, выгодный только подрядчикам – владельцам трубостроительных компаний. Похоже, именно это его качество и прикрывает завеса секретности, окутавшая все детали пресловутого шанхайского «контракта».