Сибирь на Гудзоне
Одна такая скульптура есть у президента России Владимира Путина. У бывшего главы его Администрации их две. По столько же - у российского миллиардера Романа Абрамовича и супермодели Ирины Пантаевой.
Эти изображения шаманов, кочевников и воинов выполнены скульптором из далекой сибирской деревни - от Москвы до нее шесть часов полета. В последнее время его скульптуры пользуются большой популярностью у российской элиты. Эта популярность настолько велика, что прошлой осенью, во время визита канцлера Герхарда Шредера в Россию, г-н Путин повез его посмотреть работы художника и давал пояснения по-немецки.
`В шутку я говорю, что он - мой переводчик`, - говорит скульптор Даши Намдаков.
Добившись успеха среди российских миллионеров, тридцатисемилетний г-н Намдаков прибыл в Нью-Йорк в сопровождении менеджера, ранее работавшего с российскими рок-группами. 15 апреля он открыл выставку скульптуры и других произведений искусства в `Тибет Хаусе` на Западной 15-й Стрит. Пока не совсем ясно, как нью-йоркцы воспримут работы Намдакова (их стоимость составляет от двух до сорока тысяч долларов). Количество людей, посетивших выставку за два часа на следующий день после открытия, едва ли назовешь даже `тонким ручейком`. Сотрудник Тибет Хауса - некоммерческого культурного центра, возглавляемого Робертом Турманом (Robert Thurman), профессором на кафедре по изучению Тибета Колумбийского университета - признал, что покупатели не торопятся.
Но в интервью, которое он дал не следующий день после открытия, г-н Намдаков - в буддистских ритуальных бусах, принадлежавших еще его прадеду, поверх свитера на молнии и полосатых штанов из популярного московского магазина - заявил, что его вполне устраивает возможность просто сидеть, делать наброски, и посмеиваться, как далеко его занесло.
`Из моей деревни в Нью-Йорк. У меня просто нет слов, чтобы описать это расстояние`.
Отдаленность его родного региона - Бурятии - где живут потомки монгольских племен, и сегодня практикующие шаманские и буддистские обряды, действительно трудно преувеличить. Укурик, родная деревня г-на Намдакова, находится в двух с половиной часах езды от ближайшего города, а от Москвы она гораздо дальше, чем от Пекина.
Но именно эта отдаленность, и связанная с ней своеобразная культура, во многом вдохновляет творчество Намдакова. В его скульптурах, в основном отлитых из бронзы, отражаются шаманистские и буддистские традиции, а также кочевое прошлое жителей региона. Они изображают конных воинов древних монгольских племен, веселых лам, бьющих в барабаны, присевших по-жабьи борцов, круглых, как яблоки.
Россияне, которые приобрели его работы, называют г-на Намдакова `своим` художником.
Из новых работ, появившихся в последние годы, его скульптуры `выделяются больше всего`, говорит бывший глава Администрации президента Путина Александр С. Волошин.
Однако свою роль играет и умелый маркетинг, осуществляемый его менеджером Константином Ханхалаевым - в этом месяце он сопровождает г-на Намдакова в Нью-Йорке. Посетители выставки могут посмотреть на лэптопе короткометражный видеофильм о г-не Намдакове. Он напоминает скорее музыкальный клип, чем рассказ о работах художника: в фильме скульптор мчится верхом по бескрайней степи. На выставке в этом месяце г-н Ханхалаев назвал его популярные скульптуры `хитами`.
Ньюйоркцы, посетившие выставку, отзываются о ней с похвалой.
`Блестящее мастерство, - говорит Беатрикс Ост (Beatrix Ost), художница с Манхэттена, купившая две скульптуры для своего открытого патио. - Я думала, что эти работы принадлежат очень зрелому человеку шестидесяти с лишним лет. А ему нет и сорока. Все это очень свежо и современно`.
В традиционном азиатском искусстве `вы видите все эти храмовые скульптуры и фигурки богов, и сразу можете сказать: `Это из Тибета, а это - из Индии`. Но он не похож ни на что`.
Его работы - это `Восток. Но они напоминают и персонажей `Звездных войн``.
Г-на Намдакова - шестого из восьми детей в семье - с рождения окружала атмосфера искусства и религии. Его отец-краснодеревщик изготовлял и расписывал алтари для буддийских храмов. Его прадед пешком проделал ритуальное паломничество из Бурятии в Тибет. В возрасте 7 лет г-ну Намдакову пришлось покинуть свой уютный и культурный дом - его отправили учиться в школе в другую деревню.
С этими годами связаны худшие впечатления в его жизни. Условия были спартанскими: комнаты плохо отапливались, форма была поношенной, а питание - однообразным. По его словам, учителя воровали продукты. Кроме того, утверждает Намдаков, к детям нерусского происхождения относились с глубоким предубеждением.
Однажды, сбежав от русских мальчиков, которые хотели затеять драку, он, вместе с другими детьми-бурятами, подвергся особенно унизительному наказанию - их в одном белье заставили стоять в коридоре.
`Школьные годы были ужасными, - вспоминает Намдаков. - До семи лет мой мир состоял из родственников и духов. Сейчас этот мир возникает вновь`.
Во время перестройки в бывшем СССР г-н Намдаков был студентом художественного училища. В 2000 г. в сибирском городе Иркутске состоялась его первая выставка. Местные магнаты - российские нувориши, разбогатевшие на приватизации - с удовольствием покупали его работы, говорит Намдаков.
Сегодня он живет в комфорте. У него есть подержанная `Ауди`. С женой и детьми он переехал в Москву, и может позволить себе переезды из московской мастерской в бурятскую и обратно.
Г-на Намдакова вполне устраивает жизнь в России, но, по его словам, его работам нужен более широкий масштаб. Возможно, Нью-Йорк еще примет их. На прошлой неделе одна галерея на Грин Стрит предложила выставить его работы в своей экспозиции.
Две недели назад, в Тибет Хаусе, он сидел и делал наброски, иногда размышляя вслух: `Если бы много лет назад кто-нибудь сказал мне, что у меня будет выставка в Нью-Йорке, я бы ни за что не поверил`.
