Валерий Лукин: «Не надо опускать руки!»

Уполномоченный по правам человека в Иркутской области Валерий Лукин ответил на вопросы «Бабра» о чиновничьем засилии, обращениях граждан к власти, борьбе за права инвалидов и о том, почему в России «спасение утопающих – дело рук самих утопающих».

- Валерий Алексеевич, Вы уже много лет у власти: депутатом поработали, теперь – омбудсмен. Вопрос к Вам такой. Сегодня у нас в России – и всем это известно – на власть всех уровней – муниципального, регионального, федерального – тратятся немалые бюджетные средства. Очень уж много у нас чиновников. На Ваш взгляд, оправданны ли эти траты?

- Я полагаю, что средства, которые тратятся на содержание чиновничьего аппарата, используются неэффективно. Индикатором этой неэффективности являются обращения к уполномоченному, в различные правоохранительные структуры, в средства массовой информации. Необходимо повышать не только эффективность использования этих средств, но и ответственность чиновников за выполнение ими должностных обязанностей. Не выполняют – значит таких надо увольнять. Я, как Уполномоченный, готов помогать в этом плане, потому как при выявлении нарушений по обращениям граждан могу называть конкретные фамилии этих чиновников-бюрократов. А дальше уже дело за вышестоящими, теми, кто их назначает, – с учетом моих заключений или продлевать с ними контракты, или нет.

Мне думается, что мы недостаточно используем законодательные возможности по повышению ответственности представителей власти. В соответствии с федеральным законом, чиновники, которые рассматривают те или иные жалобы, должны конкретно отвечать заявителю на поставленные вопросы. А зачастую как бывает? Заявитель задает вопрос на одну тему, а ему отвечают совершенно не по существу. К сожалению, это относится даже к тем обращениям, которые исходят от меня. В соответствии с федеральным законом предусмотрена административная ответственность этих чиновников. Но этот механизм, несмотря на то, что есть в законе, не работает.

Есть еще одна сторона вопроса. Чиновничий аппарат и его штатная численность формируются исходя из полномочий, которыми они располагают, и обязанностей, которые на них возлагают. Очень уж много этих обязанностей, чрезмерно много. Зарегулировано очень много вопросов, которые можно и нужно решать и без этих чиновников. Поэтому задача властей – излишние функции у них изымать, это ведь элементы бюрократии: ходят по кругу, справки собирают. Одно дело, когда считали на счетах и все вручную писали и информацию разыскивали, наверное, тогда такое количество чиновников было оправданно. Кстати, тогда их было намного меньше. Сейчас есть современные методы управления, развитие коммуникации, но снижения численности чиновничьего аппарата почему-то нет. К слову, наша Иркутская область в числе отстающих по вопросам электронного документооборота , а переход на него как раз и должен привести к сокращению чиновничьего аппарата, и те средства, которые были бы высвобождены в таком случае, можно было бы направить на решение многочисленных социальных вопросов.

- Вы затронули тему обращений. Действительно, человеку сегодня очень сложно добиться какой-то справедливости: пишет во все инстанции, начиная с муниципального уровня и заканчивая президентом, но получает одни отписки в ответ. Куда же обращаться-то в итоге? Как быть?

- Во-первых, я не приемлю, когда заявитель по той проблеме, которая у него есть, пишет на десять адресов. Бывают такие обращения – там все-все, кто есть, начиная от Путина и заканчивая мэром поселения. Наверное, это неэффективно. Потому как чиновники, которые в списке обозначены, рассуждают так: вон тут нас сколько, кто-нибудь да рассмотрит, а я так, не буду особо думать об этом... То есть это дает повод чиновнику недобросовестно относиться к рассмотрению того или иного обращения. Поэтому в первую очередь необходимо обращаться к тому, кто непосредственно должен решать эту проблему, потому что асфальтировать какую-то дорогу – это не полномочия Путина , это полномочия конкретного чиновника муниципального уровня. Вот ему и надо писать. Если же его ответ не удовлетворил заявителя, он может пожаловаться на этого чиновника вышестоящему должностному лицу. Вот и все. Если его и этот ответ не удовлетворяет, не надо писать Путину, надо обращаться в суд.

Уполномоченный – это дополнительная правозащитная структура, дополнительная, но не основная. Основные – это прокуратура, суд, полиция и так далее. У меня появляется законодательная возможность вмешиваться и рассматривать жалобы наших граждан только в том случае, если они уже получили ответы от органов государственной или муниципальной власти и если эти ответы их не удовлетворили. Но если человек еще никуда не обращался, а обращается сразу ко мне, я разъясняю ему, как поступить. Хотя и получаю в свой адрес порой нелицеприятные высказывания. Но ведь люди должны в первую очередь сами использовать свои возможности в отстаивании своих законных прав, а не кто-то должен за них это делать.

Психологию у людей надо менять. Простите, но спасение утопающих – в том числе, дело рук самих утопающих. Мы должны воспитать чувство неравнодушия к своей судьбе, чувство собственного достоинства. Права и свободы, обозначенные Конституции РФ, их более 40, но, к сожалению не все из них выполняются. Но это цели, к которым мы должны стремиться. И мы должны противодействовать той бюрократической машине, которая мешает реализации прав и свобод граждан. Достигнуть цели бывает очень трудно. И к этому надо быть готовым.

К тому же, я сказал уже, что надо привлекать к ответственности чиновников, которые на жалобы и обращения граждан дают ответ не по существу, проявляя при этом равнодушие. Я, по крайней мере, когда был депутатом Законодательного собрания, сталкивался с этим. Направил губернатору Д.Ф.Мезенцеву обращение, которое касалось обеспечения пожарной безопасности жителей лесных поселков. И получил бюрократическую отписку от одного из заместителей, который мне по существу не ответил. Я вновь вынужден был, уже в форме депутатского запроса, обратиться к губернатору и отметил, что на предыдущий вопрос его заместитель, в нарушение федерального закона «Об обращениях граждан» по существу мне не ответил. Правда сейчас этот чиновник уже не работает в новой команде председателя Правительства Не надо опускать руки, только тогда можно достигнуть цели.

- А зачем у нас расширяют сеть общественных приемных Президента, Председателя Правительства РФ: чуть ли не машины будут ходить по селам, собирать обращения. Все равно ведь эти обращения будут спущены опять на регион, в правительство либо даже в муниципалитеты…

- Вы этот вопрос задайте тем, кто организует эти приемные. Я в какой-то части с вами согласен в такой постановке вопроса. По-видимому, избранная людьми представительная власть не в полной мере исполняет свои функции. И это беспокоит президента и Председателя Правительства России.

-Ну, хорошо. Давайте теперь более предметно поговорим. Вам, как Уполномоченному, приходится решать немало проблем. И в рамках одного интервью сложно было бы охватить все направления Вашей деятельности. Остановимся на инвалидах. Их права тоже нарушаются сплошь и рядом. И все говорят про решения: давайте концепцию создадим, необходимые условия обеспечим. Но никто не говорит – с чего нужно начать и что уже на сегодняшнем этапе элементарно можно сделать?

- Я рекомендую тем, кто задает такой вопрос, взять карандаш в руки и почитать федеральный закон «О социальной защите инвалидов Российской Федерации». Принят он был еще в 1995 году – слава богу, сколько времени прошло! – там все написано. Это одно. Потом, конечно, необходимо изменить психологию в нашем обществе. Потому что граждане с ограниченными возможностями – это те же люди, и они имеют право на выполнение конституционных прав со стороны государства в полном объеме.

Да, к сожалению, много говорится об этом, но фактически мало что делается. Мне трудно вам еще что-то комментировать: да, действительно, эта тема мне известна, я давно ей занимаюсь, но ту брешь равнодушия, которая есть со стороны чиновников, к сожалению, мне пока не удается еще пробить. Но я не останавливаюсь.

- Одно из последних Ваших действий в этом направлении, насколько нам известно, было связано с «Иркутской слободой»?

- Да, я обратился в прокуратуру по 130-му кварталу, по недоступности объектов культуры и отдыха, которые там расположены. Все со 130-ым кварталом носятся, как я не знаю с чем, что это такой уникальный и знаковый объект… Прокуратура отправила мой запрос в министерство социального развития и в службу по надзору в сфере строительства. То есть фактически направила тем, на кого я жалуюсь. Сейчас я снова направил в прокуратуру письмо, в котором уже обратил внимание, что, как и следовало ожидать, я от министерства и службы получил отписки и прошу по существу проверить соблюдение норм по доступности объектов «Иркутской слободы» для маломобильных групп населения.

Я обсуждал эту проблему с Некрасовым, заместителем прокурора области, он со мной согласен. В этой части достаточно серьезно не дорабатывают агентства по экспертизе. Все проекты на новое строительство и реконструкцию старых, как мы знаем, должны предварительно пройти государственную экспертизу. Нормы гражданского и градостроительного кодекса предусматривают, что проектная документация должна в полном объеме содержать мероприятия, связанные с обеспечением доступности граждан. То есть если такие объекты строятся, значит, агентство закрывает глаза на это, не выполняет своих функций и обязанностей.

Следующее – строительство. Служба по надзору должна отслеживать, насколько проектные решения исполняются. Ввод объектов не может быть осуществлен без участия представителей организаций инвалидов. Видите, сколько наставлено преград для того, чтобы все-таки добиться исполнения законодательства, но ничего не делается. В том числе, я полагаю, в этом плане недорабатывают и общественные организации инвалидов.

Тут есть еще один показательный факт. С месяц назад в администрации города состоялись общественные слушания программ развития Иркутска. Я обратил внимание, что городской программы доступности для инвалидов нет. Хотя у нас с 2011 года действует федеральная программа, и даже была принята областная программа в развитие федеральной, потому что она предусматривает софинансирование. Впопыхах у нас такая областная программа была принята, потому что надо было отчитаться. Сейчас в нее вносятся изменения. Но надо понимать, что эта программа рассчитана на всю область, не только на Иркутск. Она должна в себе содержать мероприятия всех муниципальных образований. Инвалиды же везде есть!

Для того, чтобы как-то дать оценку состояния этого вопроса мой аппарат планирует в декабре подготовить специальный доклад о положении дел в сфере соблюдения прав и свобод людей с ограниченными возможностями в Иркутской области. Мы хотим посмотреть все направления: и организацию медицинского обслуживания, и обеспечение жильем – в общем, весь комплекс. Тяжелая работа, я не знаю, насколько нам удастся поднять весь этот пласт. Но я эту тему обсуждал с губернатором Иркутской области Сергеем Владимировичем Ерощенко, он меня поддерживает.

В рамках подготовки этого доклада мы сделали запросы в муниципальные образования, чтобы они дали нам информацию, как у них обстоят дела с созданием условий для полноценной жизни инвалидов. К сожалению, из муниципальных образований – особенно маленьких, отдаленных – получаем информацию, что инвалиды есть, а жалоб от них нет. Но мы не должны в своей деятельности руководствоваться тем, есть жалобы или нет. Мы должны руководствоваться Конституцией, нормами права. Я так иногда говорю: если ребенок не плачет, это не значит, что мать не разумеет. Мать как раз тот субъект, который должен упреждать все эти плачи. В этом плане я свой аппарат и чиновников, которые у власти, к этому призываю.

Закон об уполномоченном дает мне право не только рассматривать поступающие обращения, но и самому инициировать рассмотрение каких-то общественно значимых вопросов. К таким общественно значимым вопросам я отношу эту категорию людей, потому что они жалоб не пишут, но проблем у них – я знаю – дополна.

- Может быть для того, чтобы решать эти проблемы, кому-нибудь из инвалидов стоит попробовать пробиться во власть, стать, скажем, депутатом?

- У нас есть различные общественные советы, в том числе общественный совет по проблемам инвалидов при губернаторе Иркутской области. Одной из первых моих встреч после вступления в должность Уполномоченного была встреча с руководителями общественных организаций инвалидов. Я там увидел одного парня достаточно активного, колясочника. И я предложил его включить в состав этого совета при губернаторе. Очень ведь важен качественный состав совещательных органов, которые создаются при органах власти. Там должны быть люди неравнодушные, не боящиеся сказать в глаза представителям власти правду, и я увидел такого человека.

Через какое-то время я от одного из наших ведомств получил отписку: Валерий Алексеевич, у нас более пятидесяти общественных организаций, связанных с инвалидами, и мы не можем их всех в общественный совет включить. Примерно такая формулировка была. Я написал письмо заместителю председателю правительства Иркутской области, что я не прошу о пятидесяти, я прошу об одном человеке. Недавно получил ответ, что моя просьба будет удовлетворена. Инвалиды-колясочники – это вообще отдельная тема. В общественном совете колясочника не было, а ведь только тот человек, который через себя все проблемы пропустил, может защищать права этой многочисленной категории наших граждан.

Вопрос, который вы задали, тоже достаточно интересен. Такая правовая возможность сегодня есть – общественные организации инвалидов могут выдвигать кандидатуры на выборы. Особенно это касается муниципального уровня. Начнем оттуда, потому что проблемы-то там возникают, в первую очередь. И если мы найдем таких неравнодушных и поможем им потом избраться, то это будет большой плюс нашему гражданскому обществу.

Возвращаясь к напечатанному. О ситуации с БоГЭС

В марте 2012 года в рамках акции «Честный политик» тогда еще депутат ЗаксобранияПриангарья Валерий Лукин говорил о многочисленных проблемах, связанных со строительством БоГЭС.Изменилась ли ситуация?

Валерий Лукин: Насколько мне известно, пока сроки ввода агрегатов второй очереди не изменены – осень следующего года. Хотя не исключаю, что может быть изменение. В соответствии с санитарными нормами ложе водохранилища должно быть подготовлено для затопления, и подписан акт его готовности за год до предполагаемого наполнения водохранилища. То есть сегодня.

Но «конь там валялся» все-таки. Это касается проблем с переселением. Хотя они еще не полностью решены и там еще много вопросов возникнет. Ведь мало построить жилье, необходимо обеспечить, чтобы люди захотели туда поехать. У меня где-то есть вырезка из газеты, когда пресс-служба губернатора сообщала, что первое заселение состоится в декабре 2011 года. Тогда, понятно, это была пиар-акция. Потом обещали, что переселение состоится в августе текущего года. Сегодня говорят о реальных сроках – до конца этого года. Ну, будем надеяться, что так оно и будет.

Кроме переселения граждан там еще очень много вопросов надо решить, связанных с подготовкой ложа водохранилища. Перенос кладбищ, например. Четыреста с лишним могил – родственники заявили о необходимости переноса. А ведь это кропотливая работа, там ведь не подойдешь, грубо говоря, с экскаватором. Но к решению этого вопроса еще не приступили. А в запасе только полтора месяца, так как в дальнейшем земля промерзнет и работы будут невозможны.

Есть проблемы с лесосводкой. Даже на специальных участках, которые у нас обозначили, я знаю, только приступили к работе. Раньше нельзя было приступить, так как не были определены источники финансирования. Откорректированный проект, за который Иркутская область заплатила триста с лишним миллионов рублей, притом, что это не наши полномочия, еще не прошел государственную экспертизу. Понимаете, у нас для того, чтобы отремонтировать или построить туалет за бюджетные средства, надо получить положительное заключение, иначе не выделят средства. А тут такой грандиозный объект – и не имеет положительного заключения государственной экспертизы! Это нонсенс и правовой беспредел!

Вообще-то я этой темой, Богучанской ГЭС, занимаюсь с 2000 года. У меня имеется вся переписка, вся тумбочка заполнена. Последнее: я обращался к президенту Путину, собрал подписей шесть тысяч. Но фактически я не получал ответа на поставленные вопросы. 1 августа мое последнее обращение было направлено Генпрокурору Российской Федерации. Ответа я еще не получил, хотя все сроки, определенные законодательством, уже прошли. Какое качество будет этого ответа – посмотрим.

В рамках встречи Уполномоченных регионов России с президентом, я хотел задать вопрос Путину по ситуации с БоГЭС, так как нарушается федеральное законодательство, хотя и проходят все эти президентские советы по экологическим проблемам и так далее. Но в преддверии этой встречи у нас было заседание координационного совета всех уполномоченных по правам человека РФ, на котором мы рассматривали сам формат встречи. И решили не поднимать вопросы местного значения, так как у всех их дополна. И раз уж это первая встреча уполномоченных с президентом, необходимо сконцентрировать внимание на более общественно-значимых острых вопросах, характерных для большинства регионов. Если мы размажемся, то он может сказать: «Зачем с ними встречаться». Поэтому тему Богучанки поднять не удалось. Но она по-прежнему у меня под особым контролем. И проблем дополна.

От редакции

24 сентября 2012 года состоялась 47 сессия Законодательного Собрания Иркутской области. Областные парламентарии через СМИ не дали повода усомниться в качестве своей работы - был дан неплохой старт для предвыборного года. Но животрепещущая тема БоГЭС не получила широкой огласки. Либо депутаты решили не заниматься бросанием слов на ветер, но работа в этом направлении «кипит», либо за летние каникулы существенных подвижек не было, и ложку дегтя припасли для октябрьской сессии (Раз уж эта вышла такой плодотворной).

Однако стоит напомнить, что депутаты на июньской сессии клялись уже в сентябре вплотную заняться запросом Валерия Лукина к губернатору «О принятии мер, обеспечивающих интересы населения и компенсацию ущерба, причиненного Иркутской области в связи со строительством Богучанской ГЭС». В запросе, к слову, шла речь о необходимости определения заказчика подготовки ложа водохранилища к затоплению.

Но есть и позитивные моменты. Со стороны Правительства и губернатора Иркутской области за лето возник определенный посыл к решению проблем БоГЭС. В подтверждение этому в июле были подписаны изменения в областной закон о подготовке к затоплению части территории Приангарья, попадающей в зону Богучанской ГЭС, который снял некоторые проблемы. Губернатор лично провел ревизии строительных площадок, на которых возводится жилье для переселенцев. Одна из последних хороших вестей - Сергей Ерощенко утвердил целевую программу по подготовке к затоплению ложа Богучанской ГЭС на 2012 – 2013 годы, предполагающую решение ряда социально-экономических и экологических проблем, связанных с подготовкой ложа водохранилища. Финансовая сторона вопроса, на первый взгляд, впечатляет – около 1,8 миллиарда рублей, но фактически в соответствии с откорректированным техническим проектом на эти цели должно быть выделено более 9 млрд.. Значит, какие-то важные работы уже сейчас планируется не выполнять. И мы, конечно, не можем не учитывать оцененный нашими учеными ущерб, который понесет экономика Иркутской области – 17 миллиардов.

Мнение

Валерий Лукин – о губернаторе ПриангарьяСергее Ерощенко:

Трудно за сто дней оценивать какую-то деятельность, но по крайней мере для меня, я вижу, он более доступен… Слушать полностью:…

Скачать файл подкаста (WMA)

Максим Астраханцев, Анна Масленникoвa