Тен не дослушал Макаревича

С рядом радикальных предложений по реформированию транспортной системы провинции выступил депутат Госдумы Сергей Тен.

В начале апреля в Рязани прошло выездное заседание комитета Госдумы по транспорту, активным членом которого является секретарь Иркутского отделения путинской партии Сергей Тен. На заседании была озвучена очередная уничтожающая действующую власть статистика – транспортная техника в муниципалитетах изношена на 50-70%, почти все МУПы в сфере транспорта убыточны, квалификация водителей крайне низка.

Сергей Тен назвал несколько конкретных шагов, которые должна сделать Госдума для решения транспортной проблемы глубинки. Помимо традиционной бюрократической «корректировки» законодательства, дорожник Тен предлагает, во-первых, создать специальную федеральную целевую программу (нацпроект, по-старому) развития транспортной отрасли России до 2015 года, направленную на «реформирование отрасли в регионах», а во-вторых, ограничить срок службы грузовиков и автобусов 15-ю годами.

Заметим, пока что реформаторские замашки господина Тена попахивают банальной депутатской демагогией. Бюджет упомянутой целевой программы не определен даже в общих чертах. Кроме того, запретительные меры по эксплуатации старой техники в условиях современной России могут привести к полному отмиранию пассажирских наземных перевозок на отдельных направлениях.

Однако главная проблема даже не в этом. Опыт применения федеральных нацпроектов в нулевые годы показал – кремлевская бюрократия и чиновники, присланные из столицы, не способны решить вопросы муниципального уровня. Деньги разворовывают или используют неэффективно, а проблема остается. Вместо того, чтобы оставить в регионах больше налогов и позволить местным властям самим справляться со своими прямыми обязанностями, Москва в лице единоросса Тена предлагает сыграть в старую игру, когда автобус для деревни Холуево покупается чуть ли не лично Владимиром Владимировичем Путиным .

В итоге все оборачивается, как в известной песне Андрея Макаревича , когда Путин в Холуево так и не приехал. «А жизнь уже почти что задалась».