Экономическое чудо – долгосрочная стратегия развития Китая

Один из самых востребованных экспертов в области политики России в странах Азии, политолог, профессор кафедры востоковедения МГИМО Сергей Лузянин считает, что сегодня на фоне китайского экономического чуда Поднебесная переживает ещё и возрождение духа нации.

Он полагает, что сегодня можно говорить о создании в КНР не только технологического постиндустриального общества, но и общества, в будущем социально ориентированного, которое вобрало позитивный опыт Советского Союза и Запада. Отвечая на вопрос, состоялся ли синтез капитализма и социализма в Китае, Сергей Лузянин выделил несколько проблем, остро переживаемых сегодня китайским обществом.

– В октябре 2007 года на 17 съезде КПК были обозначены идеологические и политические контуры нового этапа реформ в Китае. В концепции нового развития я бы выделил следующие компоненты. Впервые Китай на политическом и государственном уровне заявил, что период ориентации только на прирост ВВП по 10-11% в год закончился. Начинается новый качественный период экономического развития. Он сопровождается частичным отходом от отработанных козырей, таких как ориентация на мощный агрессивный экспорт. Это переход к внутренней модели развития, когда главным экономическим мотивом становится практически незадействованный внутренний рынок Китая. Второй момент – это переход на интенсивные методы ведения хозяйства. Третий момент – «брать человека за основу». Впервые руководство Китая поставило задачу социальной модернизации. Хотя все традиционные китайские общества реализовывали доктрину: сильное государство – счастливый народ. Сегодня акцент меняется. Сильное государство – это уже не главное. Ставится цель достичь средней зажиточности.

По совокупному ВВП – 4 трлн. долларов – Китай является третьей экономикой в мире после американской с 13,5 трлн. и японской с 7,2 трлн. По золотовалютным резервам страна на первой позиции – 1,7 трлн. долларов. По объёмам внешней торговли у КНР третья позиция – 2,1 трлн. долларов. США – крупнейший партнёр Китая. Товарооборот двух стран составляет 640 млрд. долларов (для сравнения: максимальный показатель российско-китайской торговли – 48,2 млрд.). Китай задавил своим агрессивным доминирующим экспортом Америку. Положительное сальдо торговли с США – 280 млрд. долларов. Это экономический каток, который едет по Северо-Американскому континенту. И поскольку Китай входит в ВТО, американцы ничего не могут с этим поделать.

Но за внушительными цифрами внутри общества сложилась система нарастающих вызовов и угроз. Сами китайские учёные называют 24 вызова. Я не буду зачитывать весь список, а выделю наиболее опасные, на мой взгляд. Конечно же, это стремительная поляризация общества на бедных и богатых. Я как-то разговаривал с шанхайским таксистом. «Если бы Мао Цзэдун ожил и увидел этих капиталистов, он бы просто всех разогнал. Контрреволюция!» – сказал он. Эти слова – стихийная реакция на поляризацию общества, более сильную, чем в России. В одном Шанхае за 21 год появились 124 миллиардера, которые пополнили официальный список журнала «Форбс». С другой стороны, КНР имеет колоссальную бедность на грани нищеты, особенно в сельской местности.

Вторая проблема – желание китайских властей избежать политической либерализации.

Де-юре Китай – это государство с многопартийной системой. Но совершенно очевидно, что Коммунистическая партия Китая контролирует и руководит этим многопартийным процессом, строит общество, которое называется «социализм с китайской спецификой». Формально и неформально они только в начальной стадии социализма, и, как говорят в КПК, им потребуется ещё сто лет, чтобы завершить этот проект. Поэтому специфика политической либерализации в Китае будет заключаться в демократизации КПК, допуске миллионов предпринимателей, так называемой буржуазии, в Компартию, чтобы дать им частичку власти.

Третий вызов – исчерпанность аграрной реформы. 70% населения страны живёт на селе. Неэффективность сельского хозяйства в нынешнем виде привела к колоссальной миграции: 200 млн. сельских жителей перебрались в города. Ещё один вызов – цикличность китайской экономики. Речь идёт не об инфляции, а о ревальвации, продолжающейся последние 15 лет. Это, конечно, помогает достичь преимущества в развитии экспортной политики, но также приводит и к перегреву некоторых отраслей экономики. Пятый вызов, проявившийся как реальная угроза, – системная нехватка энергетических ресурсов, в первую очередь нефти. Китай имеет собственную достаточно высокую добычу – 80 млн. тонн, но импортирует 128 млн. и, очевидно, в 2008 году выйдет на 140 млн. 70% экспорта нефти – рискованный Ближний Восток. В этом контексте возрастает роль Казахстана и России. Можно и дальше продолжать этот внутренний ряд. Совершенно очевидно, что процесс реформ происходит при колоссальных трудностях, но в условиях жёсткого контроля и регулирования.

Состоялся ли синтез социализма и капитализма? Думаю, этот синтез будет происходить очень долго. Уникален или универсален китайский опыт? Думаю, уникален. Отдельные модели применимы и в других государствах, например, модернизация экономики. Китайское экономическое чудо – это главная стратегема развития Китая на долгосрочную перспективу. Нам нужно учиться сотрудничать и реализовывать стратегию соразвития.

Использованы материалы открытой лекции в Байкальском институте бизнеса и международного менеджмента